Божественный дар веры и атеистические мировоззрение

Автор - Махнев Олег, протоиерей

Публикация магистра богословия протоиерея Олега Махнева представляет собой краткое, но достаточно емкое изложение основных положений апологетической науки. Помимо основных аргументов, относящихся к доказательству существования Бога, истинности христианства и истинности православия, автор раскрывает учение о необходимости смирения и о месте аскетической практики в жизни христианина.

1. СРАВНЕНИЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ И АРГУМЕНТОВ

Рано или поздно человек задаёт себе вопрос, возник ли мир сам по себе или благодаря некоему высшему вмешательству. Согласиться с первым означало бы признать, что из хаоса, без какой-либо поддержки извне материя вдруг стала принимать упорядоченные формы, перепрограммироваться, актуализироваться, создавая стройную гармонию в мироздании и достигая уровня создания из неживого материала живых существ, самой жизни. Такое умозаключение стали называть атеистическим.

На второй чаше весов — полное осознание поддержки извне, даже не потому, что об этом говорит наука, в частности первый и второй закон термодинамики и физика твёрдых тел: химические процессы стремятся не к упорядочению, а, наоборот, к распаду, энтропии, постепенному хаосу, если происходят в замкнутой системе и не имеют поддержки извне. Скорее всего, это осознание приходит потому, что человек, как «венец творения», внутренне чувствует, что весь тварный мир является следствием деятельности чего-то совершенного, или Кого-то, проявляющего Себя, отождествляющегося в мире.

Вполне возможно, мир является образом Божественных свойств, совокупностью качеств Творца в некоторой перенесённой проекции из небесной системы координат в нашу, тленную и ограниченную, но вполне пригодную для жизнедеятельности людей и всего живого.

Задумываясь над всем этим, человек начнёт искать оттенки Истины. В чём же благо человека, в чём Истина, в чём смысл жизни? Если исходить из того, что Творца нет, то картина совсем мрачная. Мы никому не нужны, выброшены здесь, как мусор, кожура от банана, произвольно перемещаемся, насыщая свои чрева, накапливая жизненный хлам, тряпки, и это единственное удовольствие для души. Практически животные, низменные инстинкты диктуют нам и род нашей деятельности, и поставленные задачи. Путь тупиковый, ещё и потому, что после смерти нет никаких перспектив, никакой надежды на спасение. Если верующий верит, что Христос — источник жизни, и после отхода в мир иной нас ждёт продолжение жизни, но в ином измерении, то атеист сполна получит то, что продекларировал, заявив: «Хочу быть с источником вечной смерти». Получается, что это весьма смелые и дерзкие люди: им одной смерти мало, они добровольно хотят быть в эпицентре этого мрачного процесса. Дело даже не в том, что во что верили, то и получат, а в том, что они изначально выбирают дорогу в тупик и безвыходность. При разумном подходе правильный ответ подскажет любвеобильное сердце, голосующее за перспективный и жизнерадостный выбор.

Если подойти к этому вопросу более основательно, с предоставлением практических доказательств, то атеист может сказать: «Юрий Гагарин в космос летал, и сейчас космонавты летают, а Бога не видели». Конечно, приверженцы бесперспективности и тьмы не читают Священное Писание, им не понять, что «Бог есть Дух», «чистые сердцем Бога узрят». Трудно увидеть Того, Кого не ищешь, когда душа забита другим и блокируется возможность восприятия Творца.

Безбожники бессильны, так как на уровне фактов ничего предложить не могут, только ничем не подкреплённые слова. Мечтания, иллюзии и плоды фантазий в расчёт брать не будем. Факты есть факты.

Что касается веры и, как следствие, исповедничества веры, то оно поражает обилием веских, впечатляющих доказательств. Наиболее яркий пример нам показывает христианство. В первые века миллионы верующих добровольно идут на мученическую смерть, лютую, жестокую. Происходит это, конечно, не потому, что они теоретически верят в существование Бога, допускают мысль, что это возможно, с наибольшей мерой вероятности или высоким коэффициентом возможности. За такие философские рассуждения на смерть бы не пошли. Здесь видится картина иная: только твёрдое убеждение, горячий дар веры, любовь к Источнику всех благ, к Истине делает людей «другими творениями», непоколебимыми перед лицом смерти. Достаточно только закрыть глаза и вдуматься: миллионы людей добровольно идут на жестокие истязания. Не за предположения, а за любовь к Источнику любви! Свидетельство самое убедительное.

Вынужден дополнить, что «римское право» входит в учебники даже современной юриспруденции как право, достойное изучения по ряду своих основополагающих постулатов. Так вот, по закону римского права, человек, написавший донос на христианина, должен был подписаться, анонимные доносы не принимались. Если по доносу обвиняемого привлекали к суду, и он отрицал свою причастность к христианству, посыпал благовония перед статуей кого-нибудь из ложных богов, в почтении кланялся, то тогда наказывали доносчика. За ложный донос и за такое преступление против правосудия били плетьми. Казалось бы, верующий мог слукавить, поклониться идолам, а доносчик получит десятки ударов плетью и надолго забудет, как доносить на христиан. Хорошее дело — проучить доносчика и самому не пострадать. Христиане такими поблажками в законодательстве не пользовались, а добровольно принимали мучения, принося своё здоровье и саму жизнь в жертву. Сохранились даже протоколы допросов и пыток, на которых женщины, юноши, девушки и дети не отрекались от веры.

История повторяется. В ХХ веке в России, во время «красного террора» с 1918 по 1938 годы, было замучено и убито около 300 тысяч священнослужителей, пострадало много верующих, на которых срывали свою злость воинствующие безбожники, активные атеисты. В ГУЛАГ отправлялись десятки тысяч верных последователей Христа, отправлялись замерзать и голодать, испытывать на себе всю ненависть правящего режима. Вознеслись на небо и были прославлены многочисленные новомученики и исповедники российские, жизнь свою за веру положившие.

В истории человечества не было каких-либо других примеров, подобных мученичеству в христианстве. Из истории других религий подобные случаи даже и не припомню, уж слишком там всё происходило гладко. Были единичные случаи самопожертвования за определённые идеи, отстаивание взглядов. Надо отчётливо понять, что за абсурдную затею никто на смерть не пойдёт.

Принимая во внимание неоспоримость аргументов в пользу религии в сравнении с атеизмом, переходим к выбору, какое из вероисповеданий нас в наибольшей степени приближает к Богу, носит явно боговдохновенный характер.

2. ПРЕДПОСЫЛКИ К ПРИЗНАНИЮ ИСТИННОСТИ ОДНОЙ ИЗ РЕЛИГИЙ

Казалось бы, на первый взгляд перед нами большое количество религий, и все говорят о своей исключительности. Для ясности картины можно составить классификацию, по которой произойдёт сепарация, поскольку целые группы, десятки религиозных течений являются ответвлением от основных фундаментальных религий.

Не вдаваясь в подробности и детали, привожу четыре общемировые религии:

1. Христианство,
2. Ислам,
3. Иудаизм,
4. Буддизм.

Есть и другие религии, не входящие в эти группы, которые можно просто отнести к группе харизматических религий, т.е. речь идет об организации людей, объединенных авторитетом определённого лидера, а порой и влиятельных групп, подводящих структурную схему и иерархию под структуру церковного характера.

Если уж мы задаёмся вопросом поиска религии с наибольшей степенью подтверждения ее истинности, сразу же начну с христианства как наиболее выделяющегося среди всех своими сильными аргументами и особенностями, ведущими к признанию немирского происхождения.

Первое свидетельство уже было преподнесено — это беспрецедентные факты добровольного мученичества, когда переживание Бога затмевает все переживания земного характера и дает осознание того, что всё это «суета сует и томление духа».

Второе. Из каких книг новое учение было взято? Может, это хорошо переделанная, перетрансформированная версия более ранней религии?

Само по себе учение, включающее в себя и троичность Бога, и «втеление» Бога Слова, кенозис, самоумаление, принесение Себя в жертву, в те времена носило слишком необычный характер. Ничего подобного ни в каких религиях не было. Апостол Павел писал: «Иудеям соблазн, эллинам безумие». В те времена религии носили мифический характер. Мифы — идеи, поданные нам в образах.

Некоторый плод фантазий увлекал людей и делал предметом поклонения как небесные светила, так и вообще неодушевлённые предметы. Из истории известно, что римляне были веротерпимы и собирали в Пантеоне богов завоёванных ими народов. Статуй и изваяний было великое множество, на любой вкус. Поклоняться можно было хоть кому. Если нравилась красивая мускулистая фигура Аполлона, то ему, если сила и могущество, то Юпитеру, если нравится море, морская еда, то можно выбрать Нептуна. Примитивно и просто. Хотя зачастую люди делали выбор в пользу той страсти, которая бы больше подходила под выбранный ими образ, как, например, Венере приносили жертвоприношения определённые группы людей, Юпитеру тоже поклонялись по своим наклонностям. Бахусу активно поклоняются и по сей день любители вина, праздничных застолий, иначе говоря, чревоугодники.

Христианство принципиально, в корне отличалось от ранее существовавшего отношения к Богу, если сказать проще — от «народных традиций». Со старославянского языка слово «языческий» переводится как народный.

В-третьих, необходимо выделить, кем было преподнесено это новое учение. Собственно основоположник этой веры, Иисус Христос, не имел богословского или философского образования, хотя уже в 12-летнем возрасте остался в храме и толковал с иудеями, да так, что они удивлялись Его мудрости и знаниям. Ближайшие апостолы были простыми рыбаками.

В любом обществе, чтобы произвести изменения, смену ценностей духовного характера, в некотором смысле переворот, необходимо подобрать соответствующую команду, специалистов в этой сфере, набрать хорошо обученных фарисеев (монахов), книжников, первосвященников, образованных толкователей закона, составить определенный план, собираться и обдумывать стратегические ходы для выполнения этой задачи. Как мы знаем, ничего подобного не было.

Как можно объяснить, что даже после мученической смерти Иисуса количество христиан только увеличивалось? После мученической кончины всех апостолов (кроме св. Иоанна Богослова, отошедшего к Богу в глубокой старости) христианство распространялось лавинообразно, на разных территориях, в разных государствах и на разных языках. Как мы знаем, апостолы языки даже не учили, получив способность говорить на них как дар. Только в 313 году императором Константином был издан Миланский эдикт о признании христианства как государственной религии, до этого момента верующих жестоко наказывали, притесняли, а в отдельные периоды массово казнили.

Перед нами неоспоримые факты. Или мы будем упорствовать и делать вид, что этого не было, или признаем: христианство как религия во всём истинно, во всём духовно, во всём боговдохновенно, иначе говоря — сверхъестественно.

Ни в какой другой религии ничего подобного не было, по всем перечисленным пунктам. Всё происходило настолько гладко, что невольно задумаешься, а могло ли это произойти по причине солидарности людей, общей заинтересованности?

3. ПРАВОСЛАВНОЕ ВЕРОУЧЕНИЕ И ХРИСТИАНСТВО

В христианстве как религии достаточно много ответвлений. Даже встречаются такие названия христианских групп, как епископальные, баптистские, методистские, седьмого дня, апостольские, адвентистские.

При таком разнообразии направлений необходимо уяснить: Христос пришел и основал одну Церковь, мистический организм в Самом Себе. Из Символа веры знаем: «Церковь единая, святая, соборная и апостольская». В течение первого тысячелетия от Рождества Христова именно так оно и было, и никаких сомнений не вызывало. Спаситель и апостолы не имели своей целью создание нескольких церквей или, правильней сказать, — не ставили перед собой задачи создания Церкви и отдельных групп людей под лозунгом Церкви, и соответствующих духовных ценностей и стиля жизни. В истинном Церковном организме всегда существовала апостольская преемственность через возложение рук на хиротонисуемого с призванием соответствующих молитв из первоначальной Церкви. Вопросы догматического и вероучительного характера решались соборно, с призванием епископов и священнослужителей на священные соборы, получившие впоследствии названия Вселенских. Ввиду своей значимости эти общецерковные собрания давали основы поистине вселенского масштаба, отсекали ложные учения и вели к чистоте Церкви.

По причине оскудения смирения и получаемых духовных благ начали возникать лжеучения, конечно, со стороны раскольников хорошо обоснованные, прикрытые завесой благопристойности. Возникают «христианские» группы, для которых Вселенские соборы, Священное предание — пустой звук, деяния святых отцов их тоже не интересуют. Своим обмирщенным, а в некоторых случаях помутненным сознанием они трактуют Священное писание по своему усмотрению, услаждая слух слушателей. Часто целью является привлечь как можно больше единомышленников, предлагая дорогу полегче.

Пойдём по пути поиска с постепенным разделением того, что для душеспасения не пригодно, а что приближает к ответу о смысле жизни, ведет к истинному пониманию бытия.

Разительным является отличие православного вероисповедания от других христианских учений в вопросе о понятии греха. Все религии обращены к человеку, все предлагают спасение и все имеют в своём лексиконе понятие грех. Объяснение у всех разное – от духовной до моральной трактовки, а в некоторых случаях и до полного оправдания, ввиду слабости нашей природы и угождения приверженцам вседозволенности.

В контексте православия эта тема приоткрывает более глубокий аспект. Греховность и тяга к выходу из определённой нормы, нежелание слышать голос совести, голос Божий в нас есть следствие существенного повреждения нашей природы, болезненного состояния. Если выразиться аллегорически, то это постепенная мутация. Если радиация вызывает мутацию в физических тканях организма, то мутация человеческой природы возникла со времени грехопадения первого человека, Адама, постепенно усугубившись до такой степени, что стало необходимо провести процесс нормализации, иначе говоря — спасения.

Повреждённость достигла такого уровня, что человек своими силами уже не имел возможности исцелиться, восстановиться до нормального состояния. Собственно говоря, святые угодники понимали эту беспомощность, имевшую место в мире, и на своём примере, проводя время в аскетическом подвиге, молитвах, пытались воссоздать образ Божий, изначально заложенный в нас. Превозмогая мутацию, вызывающую страсти, наклонность ко греху, злу, они шли путём страданий, призывая помощь Божию на пути восстановления естественного человеческого состояния. Если человек болен, то идёт к врачу, серьёзно болен — ложится в больницу, при более серьёзной ситуации потребует помощь профессора или даже консилиума профессоров. Когда эпидемия или пандемия охватывает человечество, собирают международные конференции, мобилизуются силы медицинской помощи всемирного масштаба. Ну а если в корне заболело всё человечество в целом, назрела необходимость прийти на помощь Тому, Кто сотворил этот свет. На этой почве построено православное учение и догмат о Христе, нашем Спасителе.

Зачастую представители религий не работают со своей паствой в духовном смысле, не пытаются изменить свойства и состояние души, так как даже и не знают истинную потребность души иметь тягу к Богу. Они стремятся следить за внешней формой, моральной и этической стороной, что есть гигиена, а не терапия души.

При утверждении, что с нами всё нормально, в пример можно привести как историю всего человечества, так и людские судьбы по отдельности. Прослеживая исторический путь человечества с его многочисленными войнами, кровопролитием, постоянными попытками захвата власти и революциями, мы невольно приходим к выводу, что вполне здоровые и разумные существа на такое не способны. Сколько несчастий в семьях, общественных сферах жизни, финансах, политике. Достаточно вспомнить исторические вехи России, захват власти большевиками, убийство помазанника Божьего царя Николая II с семьёй, нечеловеческий «красный террор» с уничтожением около 15% всего населения. Всё это творилось с лютой ненавистью ко всему живому, к соотечественникам. Становится совершенно понятно, что такое количество страстей не может уместиться в здоровой душе разумного существа.

Только православное христианство трубит о глубокой искаженности и болезненности нашей природы. Нам это неприятно осознавать, но если посмотреть объективно со стороны на это глобальное падение, то мы вынуждены будем признать, что та религия права и близка к истине, которая это глубоко переживает, об этом вопиет и взывает. Так как именно эта симптоматика является ключевой, то, соответственно, эта религия имеет правильные средства лечения недуга, со своей многовековой историей и величайшим опытом.

4. НЕОБХОДИМОСТЬ ПРИЗНАНИЯ СВОЕГО НЕСОВЕРШЕНСТВА КАК НАЧАЛО ПУТИ ИСЦЕЛЕНИЯ

Исходя из того, что Церковь — это мистическая основа мира, в некотором смысле невидимая платформа, на которой зиждется мироздание, можно прийти к выводу, что нарушение баланса между богоотступниками и людьми, находящимися в Духе, постоянно благодарящими Бога как первопричину всего созданного, ведёт к деформации, деструкции мистической основы мира. Это выливается в скорби и потрясения обитателей поверхностной платформы мироздания. Материальная система координат находится в тесной зависимости от Духовной системы координат как матрицы всего сущего. И неспроста Иисус Христос освятил воду в реке Иордан, а вместе с тем и всю природу мироздания, в некотором смысле это привело «перепрограммированию», к внедрению свежего, чистого и божественного в этот мир. Имеющий духовные глаза понимает, что в первую очередь надо изменить себя, и если каждый начнёт с себя, то постепенно изменится всё вокруг. Святой Серафим Саровский сказал: «Спасись сам, и вокруг тебя спасутся тысячи».

Исходя из отношения людей ко всему происходящему, их можно разделить на несколько групп. В аллегорической форме это выглядит примерно так.

Большой корабль в море начал тонуть. Часть людей решила спасаться вплавь, другие начали собирать обломки корабля, деревянные конструкции, бочки и, ухватившись за них или сев верхом, удерживались на плаву. Кому-то достались крупные плавающие конструкции, куски мачты, и они к себе чужого не подпускали, а только членов своей семьи. Были и те, кто вовремя захватил шлюпки и лодки. Предчувствуя, что плавание может затянуться, они начали сгружать с корабля сначала всё необходимое: продукты питания, средства освещения, навигационные приборы, спички и горючие вещества. Постепенно входя в азарт, они стали целенаправленно выискивать ценные вещи, драгоценности и ковры. Уже после этого отплывали от корабля. Понятно, что весь этот труд они производили для себя, для своего личного блага. Рядом с такими людьми в воде находились те, кто уже плыл на последнем дыхании. Конечно, практичный хозяин лодки к себе такого не подпустит. Были и те, кто, заметив лодку, пытался подплыть к ней и ухватиться хотя бы за борт. Хозяин, видя посягательство на себя и имущество, ударял таких веслом и не подпускал близко, кого-то покалечил и убил, размышляя: «Ведь всё равно потонут, одним меньше, одним больше, не так уж и важно». Но вдруг по воде идёт Человек, назовем Его Спаситель.

Кто первый потянется к Нему? Те, кто осознал своё бедственное и безнадёжное положение, призывают Его, и Он каждому протягивает руку помощи, вытаскивая из воды и давая возможность становиться рядом. Те, кто находились в лодках, не нуждались в помощи, чувствовали себя вполне уверенно и продолжали плыть дальше. Зачем им Спаситель? Они вполне самоуверенны и надеются на свои силы.

Наиболее обеспеченные, имеющие лодки и многочисленные закрома, настолько не захотят видеть кого-либо приближающегося к ним, что будут произносить хулу, злословить, отмахиваться вёслами, делая выбор к погибели, сами того не понимая, так как помрачённый самоуверенностью ум не будет способен правильно анализировать ситуацию, а сердце прикипит к богатствам, с которыми и утонуть приятно.

Беда в том, что многочисленные вероисповедания заглаживают понимание этого процесса, увещевая людей, что они все совершенны, все ходят по воде. Когда в одной европейской стране проводился опрос населения о том, где они ожидают увидеть себя после смерти, 90% ответили, что в раю, они этого заслужили. Когда был задан вопрос о роли в их жизни Церкви, ответ был вполне положительным: это очень хорошее культурное наследие, пение и традиции, успокаивающие душу. С высоты своего достоинства они не возражают против ее существования — пусть услаждает слух. Высокие моральные качества, соблюдение внешней благопристойности сделали своё дело — они сотворили сами из себя кумира. И в моей практике были случаи, когда персона в виду своего высокомерия при разговоре умиляется только оттого, что позволяет себе общаться с низшим существом, наслаждается своей благодетельностью, одаряя словом, практически падает в бессознательном состоянии от собственного величия и произведённого благодеяния. Неудивительно, что 8% ответили: «Ведь я святой».

До тех пор, пока «венец Божьего творения» не осознает глубину своего падения, беспомощность в противостоянии страстям, которые его оседлали, ездят на нём верхом, сделав своим рабом, человек не пойдёт в Лечебницу и Целительницу душ, то есть в Церковь. Только тогда тонущий закричит о помощи, когда увидит себя тонущим и погибающим, как слепой Вартимей воззвал к Спасителю: «Иисус, Сын Давидов! Помилуй меня» (Лука 18, 37-38). Куда хуже иметь глаза, но быть при этом духовно слепым, не видеть своих действий вовне.

5. О БЛАГОРАСПОЛОЖЕНИИ СЕРДЕЦ К ИСТИНЕ

К данной теме удачный пример притчи приводит старец архимандрит Лазарь Абашидзе. Был в некоторой стране один удивительный человек, весьма знатный и богатый. Но сколь богат он был, столь же и добр, милостив и мудр, рассудителен и справедлив. И имел он такой странный обычай: собирал к себе в дом многих детей-сирот, обучал их разным знаниям-премудростям, умению, рукоделию, делам-благодеяниям и тому подобному. И когда уже подрастали они, крепко становились на ноги, мудрости да сил набирались, тогда добрый наставник, благословив их на жизненный путь, с миром отсылал. Но не так, чтобы уже не беспокоиться о них: имея много знакомых и будучи всюду весьма почитаем, он устраивал и дальнейшую судьбу своих пасомых, обговаривая и испрашивая им место деятельности на будущее, сообразуясь, конечно, с сердечным расположением и особенностями характера каждого из детей. Известные горожане с радостью брали на службу в свои имения и на свои предприятия этих воспитанников, заранее зная об их добросовестности и умелости в работе, верности и порядочности. Имел сей благой человек и ещё один мудрейший обычай: каждый раз перед тем, как отпустить от себя очередного воспитанника, устраивал экзамен. Давал чистую рисовальную доску, цветные мелки и просил изобразить то, что больше всего запомнилось из жизни в этом доме. И каждый отрок рисовал именно то, к чему склонилось сердце его, что было в характере его главной чертой и чем более всего увлекался ум его. Один рисовал сад, цветы и фонтан в саду, павлинов и других чудесных птиц, населявших красивейший сад тот. Другой рисовал лошадей и игру с детьми, игру, которая была так весела и беззаботна на лужайках прекрасной усадьбы, где они так дружно жили под надёжным покровительством своего доброго попечителя. Третий изображал самого себя в изящных одеждах, в которые одевали его здесь, с какой-нибудь из любимых игрушек. Кто-то рисовал празднично убранные комнаты или щедрую трапезу приюта: красивую посуду, разные угощенья, изысканные блюда, подававшиеся в праздники на стол, и тому подобное.

И мудрый хозяин, внимательно рассматривая эти рисунки, безошибочно определял наклонности детей и выбирал для них место и род занятий в их самостоятельной жизни. Так он устраивал их судьбу. Но некоторые дети — правда, весьма немногие — рисовали не что иное, как самого своего доброго и милостивого благодетеля, рисовали с чувством глубокого умиления и старались отразить на рисунке все его самые лучшие черты. Иной же раз они даже подписывали эти изображенные красками настроения трогательным словом, порой сочиняли стихи. В общем они чаще всего выражали следующее: «Мы, дорогой отец наш, самый близкий и родной для нас человек, тебя одного любим больше всего на свете. Всё доброе, что мы здесь видели, тем только и было хорошо, что в нем отражалась твоя доброта и благость, что оно исходило от твоего любящего и милующего сердца. И мы всегда будем помнить и любить не вещи эти, не одежды, не яства и красоту дома твоего, а прежде всего тебя самого». Вот таких-то воспитанников мудрый домовладыка как раз и отличал особенно, таких он и искал, как самых благорассудительных и великодушных — тех, кто умел избирать главное, отодвигая второстепенное. Таких чад своих этот богатый и знатный человек оставлял при себе уже навсегда, усыновлял их и готовил к наследованию всех благ своих...

Вот так и вся наша жизнь — не та ли рисовальная доска с цветными мелками?

Видит Господь Своим премудрым, всевидящим оком каждый штрих, каждую деталь, всё помнит, всему знает истинную цену. Выраженное в этой промелькнувшей во времени картине определит всё наше будущее, наше положение в вечности — навсегда, на веки вечные!

Говоря богословским языком, «мы спасаемся тоской о Боге» вне зависимости, тонем ли мы или надёжно стоим на ногах. Тоска души жить по Евангелию, подражать в земной жизни Христу выводит душу на иной уровень, в иное состояние. Недаром апостол Павел сказал: «Вы новое творение». Когда эта изначальная связь нарушена, начинается заболевание души, мутация. Из физики мы знаем лучевую радиацию, разрушающую физическое тело, но есть и «деструктивная радиация», действующая в духовной сфере, разрушающая душу. И, как следствие, она ведёт к разрушению тела – как единой психосоматической составляющей человека. Если человек поражен страстями, то меняется его походка, целенаправленность в действиях, поступках. Становится более специфической речь. Меняется мимика лица, принимая вид, присущий демону, вселившемуся в душу и поработившему её, так как это его работа.

Приобщение к Церковной жизни, нахождение в Богочеловеческом организме ведёт к исцелению душ и сердец. Блаженны те, кто это понимает! Кто благорасположен сердцем к поиску Истины, придет именно туда, где предлагается широкий спектр терапии, целительных программ, отсекающих сферу иллюзий, выкристаллизовывающих душу к принятию для неё родного, благодатного. Православная Церковь — тот живой организм, где этот целительный процесс постоянно происходит.

6. ПРАВОСЛАВИЕ КАК ПУТЬ К ИСЦЕЛЕНИЮ

Если культуру мы считаем наследием человеческого прошлого, философию — полётом мысли, ведущим к определённым умозаключениям, исходя из ограниченности человеческого познания окружающего мироздания, то к православию мы подходим иначе. Это откровение Божие, привнесенное в наш мир. Кто живёт сферой культуры, становится культурным, любители поразмышлять становятся мыслителями, вне зависимости от того, ложные у них умозаключения или стандартные для таких, как они. Православие несёт миссию в мире, даёт возможность находиться в его сфере, и этой формулировки вполне достаточно для тех, кто это понимает. Исходя из такого анализа, людскую массу можно разделить на три группы. Одни — больные, живущие в иллюзиях и самонаслаждениях. Вторые — осознавшие никчёмность такого бытия, «суету сует», неудовлетворенные низменными потребностями, так как и наслаждения приедаются и становятся безвкусными. Это группа лечащихся. И, наконец, излечившиеся. К ним смело можем причислить святых угодников Божьих, победивших мир с его кознями, широко расставленными сетями и ловушками для каждого.

Для того, кто не признаёт себя больным, невозможно даже начинать лечение, должно быть свободное волеизъявление, смирение и желание встать на путь внутренней борьбы.

Существует только одна терапия — аскетика и, как следствие, подвижничество. Преподобный Никита Стифат описывает это так. У человека пять чувств, потому и подвигов пять: бдение, богомыслие, молитва, воздержание и безмолвие (исихазм). Подвизающийся должен подчинить свои пять чувств этим пяти подвигам, то есть зрение — бдению, слух — богомыслию, обоняние — молитве, вкус — воздержанию, а осязание — безмолвию. Когда он достигнет полного подчинения, то «скорее очистит ум свой и, утончив его ими, соделает его бесстрастным и зрительным» (Добр. Т.5.с.108). Таким образом, происходит контролирование своего состояния, отвержение помыслов, пытающихся навязаться уму. При всём этом хорошо помогает непрестанная молитва Иисусова: «Господи, Иисусе Христе, помилуй меня» — так как только одно упоминание имени Спасителя является действенным и сильным средством против разжигателей страстей, работников князя тьмы. Появляется благодатное действие в целом, меняющее состояние души, смирение.

Каждый их названных пяти подвигов несет в себе глубокий смысл. Бдение — Господь научил нас образу ночной молитвы. Сам Он проводил целые ночи на горе. «И, отпустив народ, Он взошел на гору помолиться наедине, и вечером оставался там один» (Матф. 14,23). Бдение есть искреннее подражание жизни Христовой, труд над собой, в некотором смысле — жертвоприношение.

Богомыслие — размышление, предметом которого является Бог. Как только мы начинаем сосредотачиваться на вещах божественных, на пище для нашей души, сразу возникают многочисленные мысли, отвлекающие и вводящие в праздное беспокойство. Мы видим столько возможностей приложить свои силы, открывается столько интересного и завлекательного, что трудно удержаться. Необходимо большое усилие, чтобы удержать поток мысли в нужном направлении. При этом не упражняться в интеллектуальном направлении, не занимать себя академическими постулатами или философией, да и не соскользнуть в сферу мечтательности, своевольной трактовки областей, для нас трудно постижимых, но изученных и преподнесенных в толкованиях святыми отцами Церкви. Хорошая тренировка для ума, воли и любящего Бога сердца.

Молитва — разговор с Богом, соответствующее состояние души. Тонко заметил святой Игнатий Брянчанинов: «Благодатное действие смирения весьма сходствует с благодатным действием молитвы, правильнее: это — одно и то же действие» (Аскетические опыты. Т.1, О смирении. С.345). «Душа молитвы — внимание. Без внимания произносимая молитва обращается в пустословие, и молящийся так сопричисляется к приемлющим имя Божие всуе» (О молитве с.159). Это духовный труд, труд, который не произойдёт без должного смирения, благорасположения души к этому подвигу. Как следствие, приходит внимание, сосредоточение, умиление. «Бог знает прежде нашего прошения, в чем мы нуждаемся. Нам нужна молитва: она усвояет человека Богу. Без неё человек чужд Бога, а чем более упражняется в молитве, тем более приближается к Богу. Молитва — причащение жизни. Оставление её приносит душе невидимую смерть» (там же, с.153).

Воздержание — соединение поста телесного и внутреннего, удержание от излишнего потребления пищи, напитков, дурных наклонностей, всех излишеств, удовлетворяющих плоть. Это нахождение правильной границы дозволенности. До XIX века во многих христианских странах в пост не только воздерживались в пище, но и избегали всех развлечений, даже закрывались все театры, увеселительные учреждения. В Греции и сегодня первый день поста — выходной, чтобы дать людям возможность отвлечься от своих рутинных дел и сосредоточиться на вечном.

Посты существовали со времён Ветхого Завета, а если брать глубже, то первая заповедь, данная Богом человеку, — это именно заповедь о посте. Адам и Ева, не удержавшись, вкусили плод, нарушив заповедь, не раскаялись, за что и были изгнаны из Рая.

Христиане же начали поститься с самого основания Церкви, следуя в этом примеру Самого Господа и апостолов. Ранние церковные писатели отмечали, что апостолы установили первый сорокадневный пост в подражание пророку Моисею и Спасителю, которые постились сорок дней в пустыне. Евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа: «Род сей изгоняется молитвой и постом» (гл. 17; 21), об этом же повествует и евангелист Марк (9; 29). Описываются и другие эпизоды из жизни Господа с упоминанием о посте: например, на вопрос книжников, почему Иоанновы ученики постятся, а Его не постятся, Он ответил: «Придут времена, когда у них отнимется Жених, и будут поститься». В книге «Деяния апостолов» и других книгах Нового Завета есть много повествований о том, как апостолы постились.

Существуют благочестивые предания о том, что Великий пост окончательно оформился со времён первоначального становления христианства, когда вошло в обычай крестить новообращенных на Пасху и готовить их к принятию Таинства продолжительным постом. Из чувства братства и любви вместе с ними в этом посте стали принимать участие и все верующие.

Голод обостряет наши чувства и способен привести человека к осмыслению многого на более глубоком, чувственном уровне. Евангелист Лука (гл.15), описывая историю, произошедшую с блудным сыном, повествует, что именно это чувство в конечном итоге позволило грешнику прийти в себя и, как следствие, привело к покаянию.

Впрочем, ограничение в пище — не единственное, что накладывает на человека воздержание и пост. Как писал известный проповедник Иоанн Златоуст, «истинный пост есть удаление зла, обуздание языка, отложение гнева и укрощение похотей». «Пусть покоятся не одни уста, но и зрение, и слух, и ноги, и руки, и все члены нашего тела», — говорил он. Иоанн Дамаскин подчёркивает: «Если бы в посте всё дело было бы в еде, то святыми были бы коровы».

Посещая Святую Афонскую гору, я слышал от монахов такое наставление для мирян: «Кто не постится добровольно, так будет поститься недобровольно», т. е. невоздержанный и разнузданный человек всё равно вразумится через страдания и некоторые ограничения, что и будет соблюдением воздержания, но уже не добровольно.

Безмолвие (исихазм) — разновидность духовной практики, когда подвижник пребывает в безмолвии как внешнем (отсутствие телесного общения), так и внутреннем (безмолвие чувств). Само слово isihia означает тишину, покой; этот вид молитвы есть подлинно христианское выражение бесстрастия. Действие и созерцание сливаются воедино, и в этом рождается духовное делание, наставляет святитель Григорий Палама. О пользе безмолвия мы читаем также и у Антония Великого, «отца монашествующих»: «В уединении и безмолвии удобнее можем мы победить врага и достигнуть совершенства», безмолвствующий избавлен от трех браней — через слух, язык и видение (Устав, 6). А то, что это не просто молчание, видим далее: «Сидящий в келии своей с сомкнутыми устами и Бога не помнящий, похож на разоренный дом…» (Устав, 25), [2, с. 66, 154, 156-157]. Итак, исихазм древен, как и само христианство.

Все вышеперечисленные действия весьма сходны между собой, и во смирившемся человеке, при искреннем обращении к Подателю всех Благ, начинают творить некий очистительный цикл, чередуясь между собой. Собственно, не благодаря пунктуальности исполнения, а благодаря тому, что это ниспосылается как Дар. Дар Божий!

Очищающийся ум начинает отвергать пытающиеся проникнуть в него помыслы, самокоординируется, происходит постоянная самонастройка, если так можно выразиться, начинает работать «антивирусная программа».

Перед человеком всегда ставится выбор: пребывать в самонаслаждениях и прилепляться сердцем к идолам мира сего, конечно, постоянно находя себе оправдания, или с сокрушенным сердцем обратиться к Создателю и Подателю духовных благ. Наслаждать душу вышним, горним, где всё премудро, всё совершенно. Стать орлом, оторвавшимся от земного, однородного и тленного, и воспарить к высотам, пренебречь соблазнами – победить мир!

Читайте также:
- А.И. Осипов: В чем сущность христианства
- Если Бог есть Любовь...
- Главный атеист Р. Докинз против архиепископа Р. Уильямса. Диспут о Боге и эволюции

Символ веры. Что и почему он нам говорит?

Автор: ОСИПОВ Алексей Ильич, профессор Московской духовной академии

В православном молитвослове есть одна молитва, непохожая на все остальные. В ней нет обращения к Господу, нет прошений к Нему, нет покаянных слов и благодарений. Начинается она со слова «Верую…», за которым идет длинное перечисление — во что же веруют православные христиане. Эта молитва так и называется — Символ веры.

Он был составлен еще в IV веке святыми отцами Первого и Второго вселенских соборов, и с тех пор хранится в Церкви неизменным, выражая главные истины Православия. Все его части формулировались как ответы на вполне определенные заблуждения и искажения христианства. Подробнее о смысле каждого из членов Символа рассказывает заслуженный профессор Московской духовной академии Алексей Ильич Осипов.

1.Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым

Утверждается, кажется, простая истина — единство Бога. Однако в настоящее время она всё чаще используется в качестве аргумента, обосновывающего идею одного Бога во всех религиях и, следовательно, их единства по существу. Эта бурно развивающаяся в неправославном богословии тенденция ведет к тому, что все другие истины, в частности, христианские, например, о Боге-Троице, о Христе распятом, о жизни будущего века оказываются не принципиальными и потому подлежащими исключению. Так на основе утверждения истины единства Бога происходит смешение всех религий в одно, нечто неопределенное, расплывчатое и по вероучению, и по характеру духовной жизни. Нью-эйдж — наглядная модель такой новой псевдорелигии. О ней более полувека тому назад предупреждал отец Серафим Роуз, говоря о грядущей «единой религии будущего» и уничтожении христианства.

Эта тенденция восходит к теософской доктрине. Применительно к христианству она нашла свое выражение в экуменической идее объединения всех христианских конфессий в одну Церковь. Суперэкуменизм уже открыто проводит в жизнь идею единства всех религий.

Но бытие единого Бога совсем не означает, что именно Ему поклоняются во всех религиях. В каждой из них свой Его образ*, и он может варьироваться от идеи абсолютной святости до сатанинской бездны. Об этом писал апостол Павел: язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу. Но я не хочу, чтобы вы были в общении с бесами
(1 Кор. 10:20). Поэтому «Верую во единого Бога» означает христианское понимание Бога — в отличие от всех других.

2. И во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго прежде всех век: Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша

Здесь главный вопрос: Кто такой Христос? С самого начала Он явился падением и восстанием для многих и не только в Израиле. Вера в Него как совечного Отцу Сына, истинного Бога, а не высшего творения Бога оказалась и оказывается до настоящего времени камнем преткновения для т. н. «здравого рассудка».

В конце XVIII века французские «просветители» объявили Его мифом.

В Советском Союзе их идея была объявлена «единственно научной». И это несмотря на то, что о Христе сохранились свидетельства восьми Его очевидцев (в книгах Нового Завета), что о Нем сообщают такие знаменитые историки древности, как Плиний Младший, Тацит, Светоний, Иосиф Флавий, что сохранилось множество свидетельств материального характера! Видимо, расчет был на известный принцип Геббельса: «Чтобы ложь действовала, она должна быть чудовищной».

Вопрос о Христе приобретает всё более дискуссионный характер… На ассамблее ВСЦ в Кении в 1975 году один докладчик представил варианты современных представлений об Иисусе Христе. Они разные — от Сына Божьего, Мессии до талантливого проповедника, идеалиста, экстрасенса, революционера. В общем — чего только нет...

Сейчас в цивилизованном «свободном» мире — в Европе, в США развернулась волна откровенного глумления над Христом (но не над Буддой, Моисеем, Мухаммедом). Фактов огромное количество. И во всем мире начались гонения на Его последователей. Статистика свидетельствует: от 75 до 85% всех нарушений свободы вероисповедания в мире случаются именно с христианами. Каждые пять минут в мире кого-то убивают за Христа!

3. Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с Небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася

Речь идет о единственном в истории человечества факте сверхъестественного зачатия и рождения от Девы без каких-либо брачных отношений. Для христианства эта истина является одним из краеугольных камней веры. Ни заимствовать, ни придумать идею такого партеногенеза иудеи — писатели новозаветных книг не могли. Она не имеет никаких корней в иудаизме, в среде которого возникло христианство. Она принципиально отличается и от всех языческих мифов, и Церковь всегда бескомпромиссно отстаивала это учение как единственно истинное и решительно осуждала все иудео-языческие попытки его «исправления».

Достаточно указать хотя бы на некоторые отличия этого христианского догмата от языческих идей о воплощениях богов, чтобы убедиться в его уникальности.

Боговоплощение относится только ко Второй Ипостаси Бога — Логосу, но не к Богу, как это естественно было для античной мифологии.

Христос — не еще одно античное божество, явившееся в человеческом образе (докетически), но реальная историческая Личность. Он однажды родился, жил, страдал, умер и воскрес, не как языческие боги, которые сколько угодно могли менять свои маски.

Он воплотился по любви к человеку (Ин 3:16), «чтобы соделать человеков богами и сынами Божиими через соединение с Собою" (прп. Максим Исповедник), а не для каких-либо земных наслаждений и целей. У Него нет аватар, Он не перевоплощается.

Он чист от всякой страсти — в отличие от языческих божеств (например, у Кришны, по одному из сказаний, было 8 жен и 16 тысяч наложниц, от которых он имел 180 тысяч сыновей).

Такое учение не могли создать апостолы — люди некнижные (Деян 4:13), это не плод «земли». Оно было свидетельством реального факта явления Самогó воплотившегося Бога-Логоса. Поэтому учение о Воплощении является одним из очевидных аргументов божественного происхождения христианства.

4-5. Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша, и погребенна. И воскресшаго в третий день, по писанием

Эти члены Символа веры являются еще одним объективным аргументом, свидетельствующим о неземном происхождении христианской религии. Если обратиться к психологии подавляющего большинства людей (мне думается, это 99,9 % человечества), то можно с полной уверенностью утверждать, что они живут надеждой и ожиданием того, кто освободит человечество от войн и жестокостей, эксплуатации и насилия, даст в изобилии «хлеба и зрелищ», принесет на землю «мир и безопасность» (см. 1 Фес 5:3). Мечты о рае на земле существуют изначала человеческого бытия, и они выражались в различных идеологиях, государственных идеалах и легендах о грядущем спасителе мира. Достаточно вспомнить мечты иудеев о Мессии или римлян о новом Августе и реакцию тех и других на Иисуса Христа: первые Его распяли, вторые отправили «христиан ко львам».

Поэтому разве не очевидно, что в естественном порядке у апостолов, этих обычных иудеев, не могло бы и мысли возникнуть о том, чтобы своего Распятого Учителя, не оправдавшего ни одной из их надежд, принять за Спасителя мира? Не случайно апостол Павел воскликнул: мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие (1 Кор 1:23). Этого и не могло быть, если бы апостолы, оказавшись свидетелями Его страшной казни, предсмертной агонии, смерти, погребения, сами многократно не увидели бы Его, «воскресшаго в третий день, по писанием». Это очевидный психологический факт, оспаривать который просто бессмысленно. И не является ли он прямым доказательством воскресения Христа!

Что вообще в исторической науке или в судебном разбирательстве является достаточным доказательством? — Свидетельства очевидцев. Всё другое вторично. Так вот, о воскресении Иисуса Христа свидетельствуют те, которые непосредственно и в разных обстоятельствах соприкасались с Христом воскресшим. При этом если ознакомиться с характером переживаний этих свидетелей при их встречах с Воскресшим, с их сомнениями и прямым неверием в Воскресение (как замечательно, например, описано неверие апостола Фомы и его уверение: Господь мой и Бог мой!), то не остается никаких сомнений в достоверности их «показаний». И сколько свидетелей: Матфей, Марк, Лука, Иоанн, Петр, Павел, автор Деяний апостольских!

Такое количество очевидцев Воскресшего и их последующее непоколебимое исповедание этого факта перед лицом страшных пыток и смертной казни является более чем достаточным доказательством воскресения Христова.

Поэтому откровенной нелепостью выглядят попытки представить новозаветные сообщения о Воскресении Христовом еще одним мифом в ряду воскресающих богов религий Египта, Малой Азии, Рима, Греции: Диониса, Осириса, Аттиса, Адониса. Эти боги, по убеждению всех исследователей, являлись лишь символами ежегодно умирающей и воскресающей природы. Потому они «рождаются» и «умирают» ежегодно, их «жизнь» неумолимо обусловлена переменами времен года, сами их страдания и смерть случайны, бессмысленны, не несут с собой никаких духовных изменений в человеке. Ни о каком реальном воскресении этих мифических фигур не могло быть и речи, поскольку они — идеи, а не исторические лица. И чтобы кто отдал свою жизнь за веру в подобные «воскресения» — об этом истории неизвестно.

Христос же воскрес единожды. Его Воскресение явилось началом обóжения человечества и источником всеобщего воскресения. Такого язычество никогда не знало (ср.: Услышав о воскресении мертвых, одни насмехались, а другие говорили: об этом послушаем тебя в другое время (Деян 17:32).

Воскресение Христово — это краеугольный камень христианской веры. Апостол Павел писал: а если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша... вы еще во грехах ваших (1 Кор 15:14,17). Потому за эту веру страдали миллионы людей.

6. И возшедшаго на Небеса, и седяща одесную Отца

Как много говорит этот факт для христианского понимания человека! Вознесением Христовым в полноте открывается истина о высшем достоинстве человека — он первый (одесную) у Бога! Такой славы не имеют даже высшие ангелы.

7. И паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца

Этими словами исповедуется сразу несколько основополагающих истин человеческого бытия.

Прежде всего, говорится о событии, завершающем земную историю человечества, — о Втором славном пришествии Христовом.

Далее — о Последнем суде. Во время всеобщего воскресения произойдет соединение души с обновленным телом и полное восстановление человека. Здесь возвратится человеку воля, утраченная со смертью, и он получит возможность до конца осознанно определить свое отношение к Богу. Ибо на этом суде, который часто именуется страшным, на основе опыта земной жизни, опыта посмертного состояния души и открывшегося видения любви Христовой и Его Царства, которому не будет конца, произойдет окончательное самоопределение каждой личности.

Наконец, словами «судити живым и мертвым» утверждается истина бессмертия человеческой личности, истина воскресения мертвых и такого же суда над ними, как и над не пережившими смерти, но, по слову Апостола, изменившимися в новое тело (см. 1 Кор 15:51-52).

8. И в Духа Святаго, Господа, животворящаго, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшаго пророки

Здесь, во-первых, утверждается православная вера в ипостасность, то есть в особенность, или индивидуальность, Духа Святого животворящего, отличную от индивидуальностей Отца и Сына; во-вторых — Его единосущие и равнопокланяемость с Отцом и Сыном; в-третьих — истина об исхождении Духа Святого от Отца (которая впоследствии была повреждена в католицизме новым учением о Filioque — «и от Сына»).

9. Во едину святую, соборную и Апостольскую Церковь

Церковь — это единство в Духе Святом всех, свободно следующих воле Божией, выраженной в Евангелии и заповедях Христовых. Ибо только свободно и осмысленно можно войти в этот Богочеловеческий Организм Христов — Тело Его (Еф 1:23). Поэтому Церковь одна.

Церковью называется и общество людей, объединенных единством веры, канонов, иерархии, таинств. В этой видимой Церкви-общине хранится Священное Писание, творения святых отцов, совершаются Таинства и прочее, что открывает верующему возможность спасения. В ней рождаются и члены Тела Христова. Однако видимая Церковь — это лишь оболочка, видимая организация, община, в которой может состоять кто угодно: и крещеный преступник, и величайший святой.

Поэтому отождествлять эти два понятия Церкви нельзя, как нельзя и изъяны видимой Церкви и жизни ее членов переносить на Церковь — Тело Христово. Ибо каждый христианин и все члены видимой общины лишь в той мере принадлежат Церкви, в какой они в своей духовной и нравственной жизни следуют Христу. Грехами христианин отпадает от Церкви, но покаянием вновь возвращается, о чем свидетельствует разрешительная молитва священника над кающимся: «Примири и соедини святей Твоей Церкви». Потому Церковь именуется и всегда остается святой. Но история свидетельствует, что ни одна Поместная Церковь не застрахована от деградации и даже полного исчезновения. В этом отношении пример западных церквей является очень показательным.

Соборность, или кафоличность, Церкви, исходя из содержания греческого слова όλη, можно выразить как целостность, неделимость на части, то есть органичность, что в полной мере соответствует апостольскому определению Церкви как Тела Христова. Понятием «кафолическая» (греч. kafolikh) выражается онтологическое свойство Церкви, говорящее не о простом единстве верующих в вере, в молитве, в жизни, но об их органическом единстве в Теле Христовом (1 Кор 12:27).

Наконец, Церковь именуется апостольской не только потому, что апостолы явились ее основанием, но и потому, что она всех своих членов призывает к апостольской миссии — и словом, и примером жизни свидетельствовать о Христе Спасителе.

10. Исповедую едино крещение во оставление грехов

Крещение — это духовное рождение, которое происходит только при условии веры человека. Как сказал Сам Господь: Кто веру имеет и крестится, спасен будет, а кто не имеет веры, осужден будет. То есть принимающий Крещение без веры подвергается осуждению, поскольку относится к Таинству, как к магии. Об этом учат все святые отцы. Свт. Игнатий (Брянчанинов) с горечью писал о формально принимаемом Крещении: «Какая может быть польза от Крещения, когда мы, принимая его в возрасте, нисколько не понимаем его значения? Какая может быть польза от Крещения, когда мы, принимая его в младенчестве, остаемся в полном неведении о том, что мы приняли

О том, что происходит в Крещении, ясно сказал, например, святой Симеон Новый Богослов: «Тогда Бог Слово входит в крещенного, как в утробу Приснодевы, и пребывает в нем как семя». В Крещении дается семя новой человечности во Христе. И если человек подходит к Таинству с верой и покаянием, то очищается и от всех своих грехов. Но, как пишет прп. Марк Подвижник: «твердо верующим Дух Святой дается тотчас по крещении; неверным же и зловерным и по крещении не дается». И если крещеный не поддерживает чистоту души правильной христианской жизнью, то с ним может произойти то, о чем предупредил Господь: Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И, придя, находит [его] незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого (Мф 12:43—45).

Поэтому сейчас в нашей Церкви вводятся обязательные огласительные беседы перед Крещением.

11. Чаю воскресения мертвых

Насколько вера во всеобщее воскресение является важной, говорят слова апостола Павла: Если нет воскресения мертвых, то и Христос не воскрес... поэтому и умершие во Христе погибли. И если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков (1 Кор 15:13,18-19). Вера в личное бессмертие, позволяющее увидеть и осознать плоды своей деятельности, является основой любого разумного мировоззрения. Без такой веры жизнь человека просто обессмысливается. Ф.М. Достоевский писал: «Только с верой в свое бессмертие человек постигает всю разумную цель свою на земле». «Без веры в свою душу и в ее бессмертие бытие человека неестественно, немыслимо и невыносимо».

12. И жизни будущаго века. Аминь

О жизни будущего века открыто лишь, что она вечна. Но понятие вечности не связано со временем, это разные категории. Поэтому и в Священном Писании, и у святых отцов о вечной участи человека находим, с одной стороны, ясные высказывания о блаженстве праведников и мучениях грешников, с другой — сами эти мучения рассматриваются то как вечные-бесконечные, то как вечные, но имеющие окончание.

Эта двойственность обусловлена, прежде всего, невозможностью передать на человеческом языке содержание понятия «вечность». Другая причина двойственности, вытекающая, возможно, из первой, это формальное противоречие учения о нескончаемых муках основополагающему догмату о Боге-любви, сотворившем человека для вечного блага, и Его предвидению вечной участи того, кому Он дает бытие.

Отсюда и Писание, и Отцы говорят и о вечности, и о конечности страданий грешников. Поскольку о последнем менее известно, то приведу несколько свидетельств.

Так, в последовании Утрени страстной Пятницы слышим: «избавль всех от уз смертных воскресением Твоим…».

В Великую Субботу: «Царствует ад, но не вечнует над родом человеческим…». Эта мысль повторяется во множестве богослужебных текстов.

Свят. Иоанн Златоуст: «Солнце справедливости [Христос] сделало ад небом». В Пасхальном слове: «Он опустошил ад. Воскресе Христос, и мертвый ни един во гробе»!

Свят. Епифаний Кипрский: «вывел Он пленные души, и ад соделал пустым».

Свят. Амфилохий Иконийский: «все были отпущены… все побежали за Ним».

Свят. Григорий Нисский: «… и по совершенном устранении зла из всех существ, во всех снова воссияет боговидная красота".

Свят. Григорий Богослов о грешниках: «Может быть, они будут там крещены огнем — этим последним крещением, самым трудным и продолжительным, которое поядает вещество как сено и потребляет легковесность всякого греха»

Свят. Афанасий Великий: «Он весь род человеческий искупил от смерти и возвел из ада».

Св. Ефрем Сирин: Христос «совершенно упразднит его» (ад).

Св. Исаак Сирин, как бы подводя итог этой мысли, писал: «Если человек говорит, что лишь для того, чтобы явлено было долготерпение Его, мирится Он с ними [грешниками] здесь, с тем, чтобы безжалостно мучить их там — такой человек думает невыразимо богохульно о Боге... Такой … клевещет на Него». «Не для того милосердный Владыка сотворил разумные существа, чтобы безжалостно подвергнуть их нескончаемой скорби — тех, о ком Он знал прежде их создания во что они превратятся после сотворения, и которых Он все-таки сотворил».

То есть, по мысли этих Отцов, жизнь будущего века — это не вечный дуализм добра и зла, рая и ада, но, как пишет апостол Павел: будет Бог все во всем (1 Кор 15:28).

Подробнее об этом я пишу в своей книге «Из времени в вечность: посмертная жизнь души».

Источник: журнал "Фома"

Странный вопрос: что такое Библия?

Странный вопрос что такое Бибилия Вопрос, действительно, на первый взгляд, странный. Тем более для православного журнала. Любой верующий человек читает Библию, обдумывает и обсуждает ее содержание, многое знает наизусть. Но как возникла эта книга? Одна ли это книга или сборник? Кто ее авторы? На каком языке она написана? Такие вопросы часто встречаются в нашей почте. Давайте попробуем разобраться...

Кто автор?

Когда мы берем в руки книгу, первым делом смотрим на обложку – интересуемся названием и авторством. Возьмем толстый том Синодального издания. Что видим? «Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета». Здесь каждое слово нуждается в пояснении, кроме слова «Книги». А вот имени автора ни на обложке, ни на титульном листе не найдем. Хотя все слышали, что Библия это слово Божье, стало быть, Бог – ее Автор. Но как это понимать?

Перелистываем страницу, изучаем содержание. Находим много интересного: Книга Иова, Премудрость Соломонова, Евангелие от Марка... Сразу понимаем, что Библия – это собрание книг, написанных разными авторами. Греческое слово «Библия» как раз и означает – «книги». Чаще всего имена их авторов нам известны, иногда – например, в случае Книги Иова, Маккавейских книг, Книг Царств – мы не знаем, кто именно создал эти тексты.

При этом мы, христиане, убеждены, что это не просто обычная человеческая литература, написанная исключительно благодаря знаниям, уму и таланту того или иного человека. Все книги Священного Писания – боговдохновенны. Через эти книги с нами говорит Сам Бог. Но отсюда не следует, что люди – авторы библейских книг – цари, пастухи, военачальники, философы, рыбаки, врачи, сборщики податей – были всего лишь роботами, механически писавшими под диктовку Бога. В этом смысле Библия отличается от священных книг всех других религий. Взять хотя бы Коран. Для мусульман это – буквальное слово Аллаха, которое было продиктовано Мухаммаду, не умевшему читать и писать. Как точно заметил один мусульманский богослов: «У христиан Бог стал Человеком, у нас Он стал Книгой».

Бог, несомненно, воздействовал на авторов библейских книг, но они писали, не ощущая себя всего лишь карандашом в Божией руке. Они использовали свои знания, опыт, опирались на существующие книжные традиции, применяли обороты, близкие и понятные тем, кому предназначались их писания. Их с полным правом можно называть авторами. Более того, в каждой книге есть особенности авторского стиля. Но у всех у них был один и тот же Соавтор – Бог.

Что такое Библия

Тут же возникает вопрос: а сохранилась ли эта «божественная составляющая» при многочисленных переводах библейских книг? Ясно же, что современный русский текст – не совсем то же самое, что было в свитке, написанном две-три тысячи лет назад. Здесь у христиан ответ однозначный: да, сохранилась. Боговдохновенность заключается не только в том, что древние авторы Библии пережили особые духовные состояния, непосредственное воздействие Божие. Поскольку христиане верят, что Церковь руководима духом Святым, то переводы Библии на разные языки, которые приняла Церковь, тоже считаются боговдохновенными, при всех филологических отличиях переводов Библии от греческого текста – мы можем быть уверенье это по-прежнему слово Божие. Наконец, и это, наверное, самое главное, Бог воздействовал и всегда действует на тех людей, кто читал и читает Священное Писание.

Кроме того, в традиционных древних культурах смысл переписываемого текста сохранялся ничуть не хуже, чем в современной культуре с ее ксероксами и сканерами. И хотя над переписыванием текстов трудилось много людей в разных местах и в рукописи могли закрасться филологические ошибки, но вероучительный смысл текстов не менялся. Специально же изменять слово Божие или вставлять в него что-то от себя никому, кроме самых крайних еретиков, и в голову не могло прийти. Если же случайные филологические ошибки искажали вероучительный смысл каких-то библейских рукописей, такие тексты сразу отвергались Церковью.

Часто говорят, что в Библии много противоречий. Это отдельная тема. Для нас сейчас важно другое. Эти так называемые противоречия доказывают, что современный текст Священного Писания не был искажен. Будь у переписчиков возможность вносить какие-то принципиальные правки или изменения – в первую очередь они сгладили бы именно эти противоречия.

Кто такой педагог?

Библия не возникла сразу, в одночасье. Книги, вошедшие в ее состав, писались на протяжении полутора тысяч лет, и само создание этих книг происходило неслучайно. Оно было неразрывно связано с историей еврейского народа – а вернее сказать, с историей отношений избранного народа со своим Богом. Библия состоит из двух частей. Большая (и по объему, и по продолжительности формирования) часть Библии называется Ветхим Заветом. Меньшая – это Новый Завет.

Обычно люди, впервые желающие прочесть Библию, открывают ее с первой страницы, с Книги Бытия – первой книги Ветхого Завета. Очень немногие продолжают чтение дальше нескольких страниц. Причин этому много, но не в последнюю очередь влияет то, что современному человеку непонятно, зачем это написано. Ну ладно – первые главы Книги Бытия, где говорится о сотворении мира и человека, о рае, о грехопадении... Но все последующее... К чему оно? Детальные повествования об истории возникновения и жизни еврейского народа, длинные перечисления, бытовые установления, туманные пророчества... Тому, кто «не в теме», понять это трудно.

С христианской точки зрения, понять смысл Ветхого Завета можно только в свете Завета Нового. Обе части Библии говорят об одной Личности – Иисусе Христе. Однако на страницах Ветхого Завета вы не найдете прямых упоминаний об Иисусе. Ветхий Завет написан как пророчество о Новом Завете, и смысл многих ветхозаветных событий раскрывается только в нем. Поэтому начинать чтение Библии лучше с Нового Завета, с Евангелий. После этого гораздо понятнее станут и ветхозаветные книги. И это – не от пренебрежения Ветхим Заветом, ведь без него, в свою очередь, невозможно понять смысл Нового Завета. Такой вот кажущийся парадокс...

Смысл Ветхого Завета лучше всего выразил апостол Павел, назвав его «детоводителем ко Христу» (Гал. 3:24). Античный педагог (а именно так звучит на греческом слово «детоводитель») играл совсем другую роль, чем сегодня. Он ничему не учил, а водил ребенка в школу и смотрел, чтобы ребенок не безобразничал. В Ветхом Завете есть много нравственных заповедей, но спастись, даже в точности исполняя их, нельзя. Для спасения нужен Христос, о пришествии Которого говорится в Новом Завете. Назначение Ветхого Завета с его заповедями – привести человека к тому состоянию, в котором он способен принять и поверить в Христа. Сами по себе ветхозаветные заповеди кажутся современному человеку очевидными: нельзя воровать, убивать, желать жены ближнего своего и т. д. Но представьте себе нравственное состояние, в котором находилось человечество, если Сам Бог через Откровение вынужден заповедовать то, что сегодня кажется само собой разумеющимся!

Христианство говорит, что грех не просто отделяет человека от Бога. Это еще и смертельная болезнь. Например, если человек болен СПИДом, он может принимать препараты, которые будут поддерживать ему жизнь, и облегчать состояние, но полностью исцелить они не могут. Именно такое действие оказывают на больного грехом человека ветхозаветные заповеди. Только Христос приходит и дает человеку лекарство, которое исцеляет его.

Кто был «выпускающим редактором»?

Даже люди, малознакомые со Священным Писанием, могли слышать, что Библия – церковная книга. Иногда это вызывает возмущение: «почему это Церковь пытается приватизировать Библию, которая есть общекультурная ценность?» Но возмущайся – не возмущайся, а это действительно так. Библия возникла не в светских салонах. Любой священный текст – это порождение какой-то религиозной традиции. Библия вторична по отношению к Церкви. Ее породила именно Церковь. У митрополита Сурожского Антония есть очень верная мысль, что каждая христианская община должна быть способной написать Библию, потому что Библия – это описание живого опыта богообщения, который доступен любой христианской общине. На Литургии, причащаясь Тела и Крови Христа, мы переживаем то, что переживали апостолы на Тайной Вечере. Если предположить, что не станет Библии, христианство все равно будет существовать, потому что Библия сама порождена Церковью – сначала ветхозаветной, а потом и новозаветной.

Первое полное издание Библии на русском языке. Синодальный перевод
Первое полное издание Библии на русском языке. Синодальный перевод, 1876 г.

Поэтому не стоит возмущаться, когда Церковь называет Библию своей собственностью и говорит, что правильное ее понимание вне Церкви невозможно. Конечно, Священное Писание можно читать как литературный или исторический памятник. Но это будет то же, что рассматривать скрипку Страдивари в музее. Она красивая, старинная, но в качестве музейного экспоната скрипка не выполняет своей функции, не служит тому, ради чего ее создавал мастер. Кстати, пытаться воспринимать Библию только как культурный памятник начали по историческим меркам сравнительно недавно в XVIII-XIX веках.

Но Церковь не только создала и хранила Библию. Она еще и сформировала то, что в науке называется «библейским каноном» – то есть из множества разных текстов, возникавших в христианской среде, сумела отобрать те, которые действительно боговдохновенны. Это произошло в IV веке, на церковных Соборах. Согласно церковному учению, на Соборах проявляет Свою волю Бог. Не только на основании своего опыта, знаний или тем более каких-то пристрастий решали христианские епископы, какие тексты счесть священными, а какие нет. В момент принятия решения на них воздействовал Дух Святой. Конечно, для неверующего человека это – не аргумент. Но знать, что библейский канон мог возникнуть только в контексте жизни Церкви, нужно хотя бы из общекультурных соображений.

А что же отвергнутые тексты? Их общее название – апокрифы. Далеко не все из них отвергнуты за какие-либо искажения самой сути христианства. Есть и вполне благочестивые и даже авторитетные тексты. Просто эти писания – человеческие. Всего лишь человеческие. Другие же апокрифы церковное сознание отклонило из-за того, что они рисуют такой образ Христа, который не имеет ничего общего с христианской верой. Например, Христос, жестоко и мелочно мстящий своим обидчикам. Христос, совершающий фантастические чудеса не из милосердия и любви, а просто эффекта ради... Конечно, Церковь не могла принять этого. Кроме того, и исторический, и филологический анализ апокрифов показывает, что в большинстве своем они созданы уже после I века на основе ранее написанных канонических текстов.

* * *

На Библию можно смотреть по-разному: как на мифологию или древний памятник литературы, как на сборник мудрости или историю развития морали, нравственности и общечеловеческих ценностей. Но парадокс Библии в том, что взгляд на нее, отношение к ней не определяется ни литературными, ни историческими достоинствами этой Книги, ни уровнем образования, ни даже тем, какой степенью нравственности обладает ее читатель. Отношение к Библии – это отношение к Тому, о Ком она свидетельствует – к Иисусу Христу. Христиане верят, что Он – Бог, ставший человеком ради спасения людей от греха. И Он не писал никаких книг. Он пришел к людям Сам. Было время, когда христианство существовало и без Библии, но без Христа оно не могло и не может существовать. Цель жизни в Церкви – соединение не с Библией, а со Христом. И если мы это понимаем, то Библия может стать для нас подлинным детоводителем к Нему.

СПРАВКА ЖУРНАЛА «ФОМА»

ЯЗЫК БИБЛИИ

Книги Ветхого Завета были написаны на древнееврейском и близком ему арамейском языках (есть предположение, что именно на арамейском разговаривал Христос). Наиболее древний, важный и точный перевод Ветхого Завета был сделан в 111 веке до Р. Х., когда по указу египетского царя Птоломея II Филадельфа всю Библию перевели на греческий язык. По Преданию, эту сложнейшую работу выполнили 72 переводчика, приглашенных из Палестины. Поэтому первый перевод Ветхого Завета с еврейского на греческий позднее назвали Септуагинта («перевод Семидесяти» - лат.).

Язык всех книг Нового Завета - греческий, хотя их авторы были иудеями. Дело в том, что с III века до Р. Х., когда прошли завоевательные походы Александра Македонского, греческий язык стал «международным» языком Восточного Средиземноморья. Ко времени Рождества Христова почти всем «цивилизованным» владел Рим, но греческий язык не сдал свои позиции. И если люди восточной части Римской империи хотели понять друг друга, они общались не на латыни, а на греческом. Поэтому ученики Христа, которые понесли «благую весть» (Евангелие - греч.) о спасении во все концы империи, проповедовали и писали именно на греческом.

К тому времени, когда при Константине Великом Римская империя приняла христианство, Новый Завет был частично переведен на некоторые языки древнего мира: латинский, сирийский, коптский (египетский). В 405 году Иероним Стридонский закончил свой труд по переводу всей Библии на латинский язык. Этот перевод получил название «Вульгата» (общедоступная - лат.). В XVI веке Римо-Католическая Церковь признала его официальным и обязательным для всех католиков.

Во второй половине IX века специально для перевода Библии братья Кирилл и Мефодий создали славянскую азбуку, а затем перевели все Священное Писание на язык славян. Вместе с Крещением Русь приняла и этот перевод Библии. Необходимость перевода Библии на разговорный язык стала ощущаться только в XVIII, а начат такой труд был в XIX веке. Наконец, в 1876 году Русская Православная Церковь одобрила и выпустила этот перевод, названный «синодальным» и до сих пор остающийся, безусловно, лучшим. Если вы откроете почти любое издание Библии, то на первой странице увидите фразу «синодальный перевод». Его используют разные христианские конфессии, но сам текст Библии в изданиях, где напечатана такая фраза, везде одинаков и является своеобразным «знаком качества» русских изданий Библии.

СКОЛЬКО КНИГ В БИБЛИИ

В Новом Завете 27 книг. Это число постоянно, оно признается всеми христианскими конфессиями. Число книг Ветхого Завета колеблется от 39 до 50. Дело в том, что спорные одиннадцать книг не сохранились на еврейском языке, а существуют только на греческом, правда, перевод этот очень древний – Септуагинта. Православная и Католическая Церкви включают их в Библию, называя неканоническими, у католиков они называются второканоническими. Канон – это список священных книг, которые признаются Церковью подлинными. Но в данном случае слово «неканонический» не означает «поддельный», просто эти книги не сохранились на еврейском языке и Церковь неоднозначно и несколько строже относится к их боговдохновенности.

ОТКУДА НАЗВАНИЕ «БИБЛИЯ»?

Примерно в 20 км севернее города Бейрута на побережье Средиземного моря находится небольшой город Джибел (ныне арабский, а в прошлом финикийский). Евреи называли этот портовый город – Гевал, а греки – Библос. Финикийцы были первоклассными купцами – посредниками между Грецией и Египтом. Через порт Библос в Грецию доставлялся египетский папирус. Со временем название финикийского порта приобрело нарицательное значение и стало обозначать в греческом языке книгу. Таким образом, слово «библос» (или «библион») переводится как «книга». Множественное число от этого слова – Библия – всегда пишется с большой буквы, перешло в такой форме во все новые европейские языки и употребляется только по отношению к Священному Писанию христиан.

ПЕРВЫЕ РУКОПИСИ БИБЛИИ

Библия дошла до нас в виде рукописей III в. до Р. Х. - XII в. по Р. Х. Самый древний найденный текст Ветхого Завета относится примерно к 200 г. до Р. Х. Это Декалог, то есть десять заповедей Моисеева Закона. Долгое время он считался чуть ли не единственным доказательством древнего происхождения Библии, потому что дальше шел гигантский временной разрыв и почти все следующие известные науке рукописи Ветхого Завета датировались уже VIII столетием по Р. Х. Но в 1947 году в Палестине на побережье Мертвого моря в местечке Кумран были найдены рукописи Ветхого Завета, которые относятся к II в. до Р. Х. - I в. по Р. Х. Большинство из них идентичны современному тексту.

На сегодняшний день старейшая рукопись Нового Завета - кусочек папируса величиной с ладонь с фрагментом Евангелия от Иоанна. Она найдена в Египте и датируется примерно 125 годом. Получается, что эта рукопись всего на три десятилетия моложе оригинала, ведь по оценкам ученых Иоанн Богослов, один из двенадцати апостолов Иисуса Христа, написал свое Евангелие в конце 90-х годов I века. Для сравнения: рукописи Гомера и античных авторов на несколько веков отстоят от времени написания самих книг.

Автор: МАХАНЬКОВ Роман, журнал Фома
Фото свящ. Сергия Новожилова

Прыг: 01 02 03



E-mail подписка:

Клайв Стейплз Льюис
Письма Баламута
Книга показывает духовную жизнь человека, идя от противного, будучи написанной в форме писем старого беса к молодому бесенку-искусителю.

Пр. Валентин Свенцицкий
Диалоги
В книге воспроизводится спор "Духовника", представителя православного священства, и "Неизвестного", интеллигента, не имеющего веры и страдающего от неспособности ее обрести с помощью доводов холодного ума.

Анатолий Гармаев
Пути и ошибки новоначальных
Живым и простым языком автор рассматривает наиболее актуальные проблемы, с которыми сталкивается современный человек на пути к Богу.

Александра Соколова
Повесть о православном воспитании: Две моих свечи. Дочь Иерусалима
В интересной художественной форме автор дает практические ответы на актуальнейшие вопросы современной семейной жизни.


Окна стеклопакеты пластиковые цены, супер цены на окна пвх. Пластиковые окна, отличные цены .

oknadomkom.ru