ЦЕРКОВНЫЙ ГОД >> ПУБЛИКАЦИИ

Георгий Митрофанов - проповедь в неделю Крестопоклонную

Протоиерей Георгий Митрофанов

Проповедь в третью неделю Великого поста. Крестопоклонная (Мк. 8,34 - 9,1)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Сегодняшний воскресный день называется Неделей‚ Крестопоклонной. Ею открывается четвертая седмица Великого поста, когда уже половина этого важнейшего для каждого из нас периода церковного года оказывается пройденной. И вот именно в это время Церковь напоминает нам в Евангельском чтении о том Кресте, который каждый из нас должен нести на своих плечах. И это неслучайно. Те тяготы, которые мы вольно или невольно с радостью или с печалью возложили на себя во время Великого поста, наверное, дали нам почувствовать в той или иной степени, что такое крест, который каждый несет на своих плечах в этом мире, что такое тот крест, который нам заповедал нести Спаситель. Кто-то со скорбью, кто-то может быть с радостью ощутил его бремя на своих плечах и почувствовал, тем самым, что предшествующие несколько недель Великого поста не прошли случайно. Он стал еще более ясно ощущать, что земной жизненный путь — это крестный путь.

Однако сегодняшнее воскресенье должно стать для нас с вами не только днем поклонения святому животворящему Кресту Господню, но и днем размышления над тем, а что же Означает для нас, христиан, этот Крест. К сожалению, для Многих из нас изображение Креста Господня стало настолько привычным и обыденным, что мы очень часто перестаем осознавать главный подлинный смысл этого великого символа христианской Церкви. Надевая на свою грудь Крест, делая изображение Креста на косяках наших дверей, мы очень часто воспринимаем Крест как некий магический знак, как инструмент, который должен гарантировать нас, застраховать нас от всех жизненных неприятностей. По существу кощунственно мы ждем от Креста легкости, радости, мы ждем того, что ношение Креста, к которому призван каждый христианин, сделает нашу жизнь легкой и безоблачной. По существу, мы тем самым надеемся, что Крест Господень, который мы надеваем на себя, должен избавлять нас от самого главного нашего христианского долга — следовать за Христом в несении Им этого самого главного Креста. И здесь мы остаемся теми же самыми обезбоженными обывателями, каких часто видим вокруг себя и каких очень часто осуждаем. Давайте задумаемся над тем, к чему обязывает нас Крест, который мы несем на своей груди, к чему обязывает нас, христиан, этот великий символ Христова страдания.

Об этом можно было бы говорить весьма пространно, если бы не сегодняшнее Евангелие, которое очень кратко и очень емко выразило суть нашего христианского отношения ко Кресту. Господь наш Иисус Христос говорит нам о том, что тот из нас, кто хочет спастись, должен отвергнуться себя, взять Крест свой и следовать за Ним, за Христом. В каждом слове в этом Евангельском повествовании заключен глубокий смысл. Итак, нам, прежде всего, необходимо отвергнуться себя. А умеем ли мы это делать? Получается ли у нас это отвержение даже тогда, когда мы становимся христианами, даже тогда, когда мы носим на себе Крест Господень?

Увы, очень часто мы оказываемся совершенно далекими от этого самого главного подвига христианской жизни. Входя в церковную жизнь, мы меньше всего думаем о том, чтобы отвергнуться себя, но наоборот, мы и в церковную жизнь входим, прежде всего, думая о себе. Идя в Церковь, мы думаем о том, чтобы нам стало легче, стало лучше, стало благополучнее, чтобы было у нас здоровье, чтобы было у нас благоденствие, чтобы не было у нас никаких невзгод и страданий. Нет для нас ничего более важного, чем наша собственная жизнь, чем наши собственные переживания, которых мы не хотим испытывать, чем наши собственные радости, которых мы хотим приобрести как можно больше. И от Церкви-то мы требуем, прежде всего, радости и благополучия для себя. Более того, понимая, что мы, как христиане, должны каяться, очень часто забывая отвергнуться себя, мы даже каясь в собственных грехах сейчас, во время Великого поста, ухитряемся при этом опять таки не отвергаться самих себя: да, конечно, мы грешны, рассуждаем мы даже на исповеди, но где-то в глубине нас есть ощущение того, что, в конце-то концов, все грешны, а мои грехи Господь должен же простить, Он же видит, какой я хороший христианин, я же, в отличие от других, ношу Крест, я же иду поклониться Кресту в храм Господень, поэтому так ли уж глубоки мои грехи? У многих из нас и к Церкви отношение складывается точно такое же, какое складывается у окружающих нас обезбоженных людей ко всему в этом мире — отношение потребителя, мы хотим, чтобы Церковь жила для нас, а не мы жили для Церкви. И это очень трудно преодолеть в себе, очень трудно отбросить от себя. Но так мы не исполняем завета Христова — завета об отвержении себя. Иногда возникает ощущение, что люди, находящиеся вне Церкви, оказываются способнее нас на это самоотвержение. Ведь когда христианин и нехристианин совершают добрые поступки, безусловно, добрый поступок нехристианина оказывается гораздо большим в глазах Господа, нежели добрый поступок христианина, потому что нехристианину гораздо труднее совершить добрый поступок, чем нам, христианам, просветленным учением Христовым, укрепленным благодатью Божией.

Это отсутствие способности отвергнуться себя и взять свой крест проявляет себя еще одним, гораздо, может быть, более коварным образом. Мы несем на себе крест кто золотой, кто серебряный, кто алюминиевый, кто медный, но очень не хотим нести на себе того главного Креста, который нес Спаситель. А что есть этот Крест? Это страдание. Естественно, по немощи нашей мы боимся страдания, но бывают в жизни ситуации, когда нет иного пути остаться христианина, кроме как, подчас может быть, добровольно принять на себя страдания, а значит и свой Крест. Мы хотим, чтобы наш нательный крест был гарантией от всех осложнений, от всех других крестов, от самого главного Креста, который мы должны нести, а Христос нам говорит, что отвержение наше должно предполагать ношение Креста.

И здесь открывается перед нами еще один очень важный смысл и сегодняшнего дня, и сегодняшнего евангельского чтения. Вы знаете, что вокруг нас немало людей, которые отвергаются себя, но не во имя Христа. Мы часто видим каких-нибудь пьяниц, наркоманов, бомжей, которые, действительно, о себе совсем не думают, и в этом отношении, может быть, кажутся даже более достойными людьми, чем мы с вами, холящие и лелеющие свои христианские чувства. Но вместе с тем в этих людях мы видим другое страшное искушение — они действительно отверглись себя, не думают о себе, но они отверглись не ради Христа и не ради Креста, их отвержение себя приводит к духовному разрушению, духовной смерти. Значит, недостаточно просто отвергнуться себя, нужно отвергнуться себя так, чтобы это отвержение возложило на наши плечи тот единственный и неповторимый Крест, который дан каждому из нас. Крест наших страданий, без которых невозможно стать христианином. Только после этого наше отвержение будет исполнено смысла, будет отвержением созидательным, а не разрушающим, ведь многие люди, отвергнувшись себя, идут не за Христом, а идут против Христа.

Мы должны отвергнуться себя, взять Крест свой — у каждого он особенный — и идти за Христом. Бывает так, что человек, действительно, постигает всю свою немощь, все свое ничтожество, отвергается себя, не хочет быть таким, какой он есть, он берет на свои плечи свой Крест и старается достойно нести то крестное страдание, которое выпадает на его долю, но при этом он может забыть о Христе, он может быть исполнен глубокой гордыни, и тогда он снова оказывается человеком, не исполняющим волю Божию, не идет за Христом. Неся свой Крест, осознав свою боль, свое страдание, будем помнить не только об этой боли и страдании, но и о Христе, о Его боли и страдании, и будем помнить, что наш Крест, который мы несем с христианским смирением, это тоже наше служение Богу. Мы привыкли много размышлять и говорить о том, что нам нужна помощь Божия, это действительно так, без Бога мы не можем ничего, но ведь и Бог желает нашего служения, как Он нуждался тогда, когда Он был на земле и шел крестным путем на Голгофу. Тогда нашлись праведники, которые помогли нести Ему Крест. Того же самого подвига Он ждет от нас. И как мы можем нести вместе со Христом Его искупительный Крест? Только со смирением неся по-христиански свой собственный жизненный Крест.

Вместе с тем в сегодняшнем Евангельском чтении Христос говорит нам о том, что если кто-нибудь из нас устыдится Его, того и Он, Сын Человеческий, устыдится тогда, когда придет в этот мир во славе в сонме ангелов. Что значит «устыдиться Христа», и как связаны эти слова со словами о ношении креста Господня? Нам трудно понять это в полной мере, ибо мы очень хорошо знаем, в особенности благодаря предшествующим десятилетиями, что значит устрашиться исповедовать Христа. Многие из нас, многие из наших предков, даже нося в своем сердце веру во Христа, годами, десятилетиями страшились, боялись исповедовать эту веру ближним. Сейчас как будто все иначе, и уже не страшно стало исповедовать Христа, уже не страшно стало ходить в храм Божий, но может быть именно сейчас, когда чувство страха быть гонимым, быть наказанным за свою веру здесь, на земле, ушло из наших душ, возникает другой вопрос: да, мы не страшимся исповедовать веру во Христа, мы не страшимся называться христианами, но не бывает ли часто так, что, называясь христианами, бесстрашно на первый взгляд исповедуя свою веру во Христа, мы стыдимся Христа, стыдимся быть христианами.

Задумаемся над этим, тем более, что такое чувство как «стыд» традиционно считалось отличительной чертой любого русского православного человека. И вместе с тем именно сейчас, как может быть никогда ранее, чувство стыда подвергается поруганию и осмеянию. Именно сейчас, как никогда ранее, много говорится о том, что не нужно стыдиться того, другого, третьего, что нет никаких запретных тем, что все можно, что нужно избавиться от стыда, якобы ложного. И действительно мы видим, как уже подчас даже в детском возрасте, когда чувство стыдливости особенно присуще человеку, многие из окружающих нас людей, даже являющиеся членами христианских семей, теряют чувство стыда очень легко, еще более легко преисполняются удивительным чувством бесстыдства.

Сейчас стыдно быть стыдливым, но нестыдным становится бесстыдство. И это проникает внутрь церковной ограды. В своей среде мы немало видим людей, которые стыдятся быть христианами. Называться христианами они пока еще не стыдятся, но быть христианами им уже стыдно. Им нестыдно самих себя таких, какие они есть, им нестыдно перед Христом, Который невольно упрекает их всей Своей жизнью, всей Своей проповедью за то, что ни живут не по-христиански, и вот мы видим, что очень многие из нас, бесстыдно говоря о том, что они — христиане, о том, что они думают только о Царстве Небесном, на самом деле, не стыдясь Христа, живут так, как будто имеет смысл только царство земное. Являясь ли простыми мирянами или священнослужителями, проповедующими Царство не от мира сего, они не стыдятся быть такими, что, глядя на них, невольно задаешься вопросом, а существует ли для них это Царство не от мира сего, нужно ли им это Царство не от мира сего, ибо в этом царстве от мира сего они стремятся получить все и жить так, как будто кроме этого мира и этого земного царства не существует ничего больше.

Мы вспоминаем сейчас очень часто Христа гонимого, Христа страждущего, Христа, принимающего крестные муки, и вместе с тем не стыдимся именно этого самого Христа просить о том, чтобы Он наделил нас как можно большим количеством земных суетных радостей. И как только мы не получаем того, о чем просим, мы если и не ропщем на этого самого Христа, то во всяком случае с легкостью забываем о нем и уже без Его помощи своими силами пытаемся сделать свою жизнь такой, чтобы она менее всего напоминала жизнь во Христе и со Христом. Здесь есть, наверное, очень глубокая тайна души каждого человека: не думая осознанно о том, что он стыдится Христа, он живет таким образом, что Христос, придя бы в этот мир и встав перед ним, и узнав, что этот человек считает себя христианином, наверное устыдился бы его, ибо христиане призваны жить совсем иначе.

Действительно, Господь наш Иисус Христос, принимая на Себя человеческое естество, принял и всю гамму человеческих чувств и переживаний Он любил, Он страдал, Он жаждал, голодал и, конечно же, Он мог стыдится. Его стыд, разумеется, был не подобен нашему стыду, ибо мы грешны, а Он безгрешен. Но Он мог устыдится, когда созданный по Его образу и подобию человек, тем более человек, объявлявший себя Его учеником, стремился жить так, как будто Христа не было. И очень часто в нашей жизни происходит именно это: говоря о том, что мы христиане, что мы храним верность Христу, мы живем в таком бесстыдстве по отношению и ко Христу, и к самим себе, как сотворенным Им чадам Божиим, что невольно задаешься вопросом, а узнает ли Христос, когда придет вновь в этот мир в силе и славе, в нас христиан? Не станет ли Ему стыдно оттого, что такие люди, как многие из нас с вами, проповедуя Христа, объявляя себя христианами, жили так, как будто Христа никогда не было в этом мире? И не произойдет ли тогда именно то, о чем говорит сегодняшнее Евангелие — Христос устыдится нас, отойдет от нас, и мы останемся одни в своем грехе, одни в своем бесстыдстве.

Давайте, дорогие братья и сестры, чаще вспоминать о том, что несение Креста на своих плечах — это действительно подвиг, что, если мы дерзаем называть себя христианами и носить на себе Крест Господень, мы должны быть готовыми к тому, что наша жизнь будет исполнена не радости, а скорби, не веселья, а страдания, и только тогда мы что-то поймем в церковной жизни, только тогда мы что-то поймем в христианстве. Пусть не будет для нас Креста как чудодейственного амулета от житейских неприятностей и невзгод, пусть для нас Крест будет знаком того, что мы с достоинством и мужеством, которое было у Господа нашего Иисуса Христа, со смирением и любовью, которыми Он одарял всех людей в этом мире, пойдем за Христом и со Христом. И тогда Крест, некогда являвшийся орудием смерти, станет и для нас с вами орудием спасения, и тогда тот маленький крестик, который мы носим на своей груди, станет действительно знаком нашего подлинно христианского достоинства перед Богом.

Аминь.

ЦЕРКОВНЫЙ ГОД >> ПУБЛИКАЦИИ

Толкование святителя Григория Паламы на притчу о блудном сыне

Святитель Григорий Палама, архиеп. Фессалонитский

Толкование святителя Григория Паламы на притчу о блудном сыне У некоторого человека, - говорит Господь, - было два сына. Здесь под тем человеком Господь говорит о Самом Себе, и тут нет ничего удивительного. Ибо если воистину Он стал ради нашего спасения Человеком, то что удивляться, если ради нашей пользы Он представил Себя (в притче) одним из людей.

Итак, у некоторого человека, - говорит Он, - было два сына; так различие нрава разделило на двое единое естество; как и различие между добродетелью и греховностью множество разбило на две группы. И у нас бывает, что мы говорим, что одно лицо двойственно, когда оно имеет двуличный нрав, и, опять же, говорим, что множества представляют одно, когда они солидарны друг с другом.

И сказал младший из них отцу - действительно младший, потому что он представил требование юношеское (несерьезное) и полное безрассудства; так и грех, замышляемый кем-либо, рождая отступление от Бога, является более новым по происхождению и более поздним рождением злого нашего произволения; а добродетель - первородна, от вечности сущая в Боге, вложенная же в наши души от начала от Бога, как следствие благодати. Дай мне следующую мне часть имения. Вот какое безрассудство: не припал коленопреклоненно, не попросил, но просто сказал, и не только это, но как бы долг требует от Того, Который всем туне дает.

Что же сделал Посылающий дождь на праведных и неправедных и Заповедующий солнцу светить на дурных и добрых? - Он разделил им, говорится, средства к жизни. Видишь ли, что ни в чем не испытывает недостатка Сей Человек и Отец? - Ибо иной не разделил бы только на двоих и не только на две части, но третью часть средств к жизни сохранил бы и для себя. Но Он, как Бог, как говорит Пророк Давид, не нуждающийся в наших благах (Пс. XV, 2), только этим двум сыновьям, говорится, разделил имущество, т. е. весь мир: ибо как одно естество разделяется различной настроенностью, так и единый мир - различным использованием.

По прошествии немногих дней младший сын, собрав все, пошел в дальнюю сторону, говорит Христос. Почему же он не немедленно ушел, но по прошествии немногих дней, т. е. после нескольких дней? - Потому, что лукавый обольститель диавол не сразу предлагает человеку свой собственный образ действия и грех, но понемногу убеждает, нашептывая нам и говоря: И ты, живя своим умом, не посещая храма Божия и не внимая учению Церкви, можешь и сам по себе видеть, что надо делать, и не удаляться от добра. - Когда же он отделит кого от священных богослужений и от слушания священных учителей, тем самым отдаляет его от Божественного хранения, предав его злым делам. Бог-то везде присутствует, но единственное, что - далеко от добра, это - зло, в котором, оказываясь из-за греха, мы далеко отходим от Бога.

Таким образом, младший сын удалился от своего Отца и ушел в страну, далеко сущую, и там расточил имение свое, живя распутно. Каким же образом он расточил имение свое? - Прежде всего, наше имение и богатство это - врожденный наш ум. До тех пор, пока мы держимся спасительного пути, мы имеем его сосредоточенным в отношении самого себя и в отношении Первого и Высочайшего Ума - Бога; когда же откроем двери страстям, тогда немедленно он расточается, блуждая вокруг плотских и земных вещей, вокруг многовидных услаждений и связанных с ними страстных помыслов. Его богатство - это здравый смысл, который до тех пор пребывает в нем и проводит различие между добром и злом, доколе он сам пребывает в заповедях и единении с Богом, повинуясь Высочайшему Отцу. Если же он сбросит узду, тогда он расточается на блуд и безрассудство, расточается по частям на то и другое зло.

Тогда же он прожил все, настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться. Он стал голодать, но еще не обратил взор к обращению, потому что он был распутным. Посему-то: пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней. Кто же - граждане и правители той страны, которая далеко от Бога? - Конечно, бесы, под властью которых содержателем притона и главным мытарем, и атаманом разбойников, и вождем мятежников стал он - сын Небесного Отца: ибо всякая страсть из-за крайней нечистоты называется свиноподобной.

Свиньями являются те, которые валяются в грязи страстей, и младший сын стал их водителем, как превосходящий их в отношении услаждения себя, поскольку он не может насытиться от тех рожков, которые они ели, т. е. не может насытиться своею страстью.

Как это так, что естество плоти недостаточно для служения страстям распутного? - Золото или серебро, увеличившись у златолюбивого или сребролюбивого, принесло и увеличение недостатка, и, насколько бы оно не прибавилось, настолько же и настраивает более жаждать его; чуть ли не целый мир, а, пожалуй, и целый мир, не будет достаточным для одного корыстолюбивого и властолюбивого. Поскольку же людей такого типа много, а мир - один, то как возможно кому из них насытиться своею страстью? - Посему-то так и оный, отступивший от Бога, не мог насытиться: ибо - никто не давал, говорится, насытиться ему.

Да и кто бы ему дал? - Бог был далеко, единственно в созерцании Которого бывает для созерцающего радостное насыщение, по реченному: пробудившись, буду насыщаться образом Твоим (Пс. XVI, 15). Диавол же не хочет дать человеку насытиться низменными вожделениями, поскольку в душах, склонных к изменению, насыщение обычно производит перелом в отношении к ним. Итак, по справедливости, никто не дал ему насытиться.

Тогда-то только, придя в себя и поняв, в какое бедственное положение он попал, этот, отколовшийся от своего Отца, сын оплакал себя, говоря: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода.

Кто эти наемники? - Это те, которые за слезы покаяния и за смирение получают как бы некую плату - спасение. Сыновья же это - те, которые по любви к Нему подчиняются Его заповедям; как и говорит Господь: Кто любит Меня, тот соблюдет Слово Мое (Иоан. XIV, 23).

Итак, тот младший сын, лишившись сыновнего достоинства, и по своей воле изгнав себя из священного Отечества и впав в голод, осудил себя и смирился, и в покаянии сказал: Встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою. Справедливо вначале мы сказали, что оный Отец (в притче о блудном сыне) это - Бог; ибо как бы тот, отступивший от отца сын, согрешил против неба, если бы это не был Небесный Отец? Итак; он говорит: я согрешил против неба - т. е. против Святых на небе, и которых жительство на небе, - и пред Тобою, Который обитает с Твоими Святыми на небе.

И уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. Прекрасно, в смирении прибавляя, он говорит: Прими меня, - ибо никто сам своими силами не вступает на ступень, ведущую к добродетели, хотя бы это и было не без его свободного выбора воли.

Встал - говорится, - и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко... Как надо понимать, что он пошел, и, в то же время, был далеко; почему и Отец его, сжалившись, вышел навстречу ему? - Потому, что от души кающийся человек, тем, что имеет благое произволение и отступил от греха, приходит к Богу. Но, находясь в тирании злого навыка и дурных понятий, он еще далеко от Бога; и для того, чтобы он спасся, необходима большая свыше милость и помощь.

Поэтому-то и Отец щедрот, сойдя, вышел ему навстречу и, обняв, целовал и приказал слугам, т. е. священникам, одеть его в первичную торжественную одежду, т. е. сыновнее достоинство, в которое он был облечен ранее чрез святое крещение; и дать перстень на руку его, т. е. на деятельность души, деятельность, которая представляется в образе руки, наложить печать созерцательной добродетели, залог будущего наследия; также и обувь приказывает дать на ноги его - божественное охранение и твердость, дающая ему силу наступать на змей и скорпионов и на всякую силу вражию. Затем велит привести откормленного теленка и заколоть его и предложить в пищу. Этот Телец - Сам Господь, Который выходит из сокровенности Божества и от находящегося превыше всего престола, и как Человек, явившись на земле, как Телец закалается за нас грешных, и как насыщенный Хлеб предлагается нам в пищу. К тому же Бог устраивает общую радость и пиршество со Святыми Своими, по крайнему человеколюбию воспринимая свойственное нам и говоря: приидите, станем есть и веселиться.

Однако старший сын гневается. Мне думается, что здесь Христос изобразил иудеев, гневающихся за призвание язычников, и книжников и фарисеев, соблазняющихся тем, что Господь принимает грешников и ест с ними.

Если же желаешь понять это и в том смысле, что это говорится относительно праведников, то что тут удивительного, если и праведник не познает превосходящее всякий ум богатство милосердия Божия? Посему общий Отец утешает его и приводит к сознанию справедливости, говоря ему: ты всегда со мною, участвуя в неизменной радости; о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся: он был мертв по причине греха; воскрес благодаря покаянию; пропадал, потому что не находился в Боге; быв же обретен, он наполняет радостью небеса, согласно написанному: на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся (Лк. XV, 7). Что же это такое, что особенно удручает старшего сына?

Ты никогда не дал мне - говорит он, - и козленка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими; а когда этот сын твой, расточив имение свое с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка; ибо до такой степени преизбыточествует милость Божия по отношению к нам, что, как говорит корифей Апостолов Петр, сами Ангелы желали приникнуть в назначенную нам благодать, которая подается нам в Его воплощении. Но также и праведники желали, чтобы из-за этих благодеяний Христос пришел раньше времени, положенного для Воплощения, как и Авраам желал видеть день Его. Но Он тогда не пришел; а когда пришел, Он не пришел призвать праведников, но грешников к покаянию, и особенно ради них распинается Взявший на Себя грех мира; ибо благодать преизбыточествовала там, где умножился грех. А то, что, несмотря на требования праведников, Он не дал им ни одного из козлят, т. е. из грешников, очевидно для нас, как на основании не малого числа иных примеров, так, особенно, и из видения священного и блаженного Карпа. Ибо он, проклиная некоторых дурных людей и говоря, что не справедливо, чтобы оставались жить беззаконники и развратители правых путей Божиих, не только не был услышан, но и испытал неудовольствие Божие и услышал некие приводящие в трепет слова, приводящие к познанию неизреченного и превосходящего ум долготерпения Божия, и убеждающие не проклинать людей, живущих в грехе, потому что Бог дает им еще время для покаяния. Итак, Бог кающихся и Отец щедрот для того, чтобы показать это и к тому же представить, что обращающимся чрез покаяние Он дарует великие и вызывающие зависть дары, таким образом изложил эту притчу.

Аминь.

ЦЕРКОВНЫЙ ГОД >> ПУБЛИКАЦИИ

Игумен Никон (Воробьев): Слово в Неделю о блудном сыне

Игумен Никон (Воробьев), 1963 г.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Святая Церковь постепенно готовит верующих к дням покаяния, очищения от грехов - дням Великого поста. В прошлое воскресение вы слышали притчу о мытаре и фарисее, где Господь показал нам, как мы должны каяться и умолять Господа о прощении грехов. А ныне мы слышим притчу Спасителя о блудном сыне, о том, как даже великого грешника принимает Господь, если тот приносит сердечное раскаяние в своих грехах. "Рече Господь притчу сию: Некто богатый человек имел два сына". И вот младший из сыновей просит отца, чтобы тот дал ему его часть имения. Отец не отказал. Выделил ему часть имения. Через некоторое время этот сын взял все свое имущество и ушел в "страну далече" и там все промотал, живя блудно".

Богатый человек - это Господь. Два сына: старший сын - это мир ангелов, младший - это все человечество и каждый из нас. Что же произошло с младшим сыном, т.е. с человечеством? Адам и Ева были по создании в раю вместе с Своим Творцом, Богом Отцом, вместе с ангелами. Но они согрешили, отпали от Господа, удалились в "страну далече", расточили все духовное богатство - ум, и сердце, и веру, - все извратили. Как Адам и Ева стал и каждый из нас.

Каждый человек имеет образ Божий, каждый человек получает величайшую благодать, великие дары Божии при Таинстве Крещения, но уже с детства, с младенчества мы начинаем проматывать достояние Божие, все более удаляясь грехами от Бога в "страну далече". Что такое "страна далече"? Это состояние греховное, когда душа вся исполнена таких помышлений, чувств, влечений, слов и дел, которые свойственны только дьяволу, удаляют нас от Господа. И чем более тяжки грехи, чем их больше, тем дальше удаляется человек от Бога. Так удалилось все человечество, так удаляется и каждый из нас от Отца Небесного.

Но евангельский блудный сын, когда осознал свою духовную нищету, когда понял, что он потерял, и в каком находится ужасном состоянии, близком к окончательной гибели, то, говорит Господь, он "пришел в себя". Он вспомнил, сколько наемников у отца находят всякое удовлетворение, а он здесь гибнет от духовного голода. Стану, сказал он себе, пойду к отцу и скажу ему: "Отче, я недостоин называться твоим сыном, но прими меня хотя как одного из своих наемников".

И вот с этой мыслью он встал и направился к Отцу своему. И когда он был еще далеко, Отец, как Бог Всевидящий, знающий уже его раскаяние, идет ему навстречу, бросается к нему на шею, целует его и уже не слушает слов сына, который говорит: "Отче я недостоин называться сыном твоим". Он дает рабам приказание принести для сына лучшую одежду, дать ему перстень на руку, обуть его в сапоги и заколоть тельца упитанного, чтобы радоваться и веселиться, ибо сей сын был мертв и ожил, пропадал и нашелся. И устроил отец пир, и все радовались возвращению сына. Выражаются наглядно в этой притче слова Господа: "Радость бывает на небе об одном грешнике кающемся".

Чье сердце не затронет любовь отца, который, издалека увидя своего блудного сына, все промотавшего, истощившего все свои душевные и телесные силы, бежит ему навстречу, падает на шею, целует его, восстанавливает в первом достоинстве, достоинстве не наемника, как просил сын, а достоинстве своего родного сына? Мы знаем и о большей любви, чем говорит эта притча. Мы знаем о непостижимом, невыразимом, недоступном для понимания не только человеков, но и ангелов Милосердии Божием к падшему роду человеческому и каждому из нас.

Мы знаем, что Отец Небесный на предвечном совете с Своим Единородным Сыном и Духом Святым решил послать на землю, в "страну далече" Единородного Сына Своего Господа Иисуса Христа. Сам Господь пошел в эту "страну далече", оставив небо, жил как простой человек. Он прошел все возрасты человеческие, не имея греха, подвергался всякого рода оскорблениям и гонениям: даже явные чудеса Его хулили фарисеи; люди называли Его бесноватым, колдуном, имеющим связь с дьяволом, оскорбляли, гнали, наконец, оплевали, избили и распяли на Кресте. Все это претерпел Сын Божий, Единородный Отца, Творец всего мира, Господь, пришедший спасти погибающего грешника.

Вот какую любовь оказывает нам Господь. Каким же черствым должно быть сердце человеческое, чтобы не ответить на любовь Божию, чтобы остаться сознательно во грехе, в "стране далече", где оскорбляется Господь нарушением заповедей, отвержением Его, отречением от Него?

Какое каменное должно быть сердце, чтобы не смягчиться, чтобы не обратиться к Господу, видя Его безмерную, непостижимую даже для ангелов любовь к падшему в нечистоту, погрязшему во всех пороках человечеству. Даже высшие Ангелы, Херувимы и Серафимы не могли понять этого Милосердия Божия к человеку, отпавшему от Господа. Они не могли понять, как Сам Господь принимает душу и тело человека, как Господь, Творец мира, позволяет оскорблять Себя, чтобы спасти оскорбляющий Его род человеческий. Но и Сам Господь знал, что очень немногие уверуют в Него, что большинство отвергнет Его, большинство будет оскорблять Его, отвернется от Него. И все же, несмотря на это, Господь пришел на землю, чтобы спасти род человеческий. Своей Божественной Кровию Он смывает грехи каждого человека, который уверует в Него, который обратится к Нему с покаянием, как обратился и блудный сын. Вот какую любовь оказывает Господь человеку.

Господь призывает всех нас: "Приидите ко Мне все труждающиеся, обремененные грехами, искаженные душой и телом, приидите, Я вас исцелю, Я вас упокою в Царствии Отца Небесного, где вы просветитесь как солнце, будете в неизреченной радости". "Приидите", - говорит Господь.

Неужели мы отвергнем Слово Божие, неужели и мы останемся среди тех, которые отвергают Господа, отрекаются от Него, оскорбляют Его и словами, и делами, которые предпочитают жить в "стране далече" и там погибнуть?

Есть возможность каждому грешному человеку вернуться к Отцу Небесному, как вернулся блудный сын. Что для этого нужно? В притче сказано, что этот блудный сын пришел в себя, т.е. понял свое падение, понял в каком ужасном состоянии он находится, понял, что это состояние еще не все, что его ожидает еще больший, худший конец, ожидает вечная мука после смерти. Чтобы избежать этих мук и каждый человек должен придти в себя, должен просмотреть свою жизнь - не только дела свои и слова, но и все свои помышления, свои влечения, каждое движение своей души, от великих до малых, - должен осудить самого себя, понять в каком бедственном нравственном состоянии он находится, и повернуться лицом к Господу, начать умолять Его, чтобы Господь простил его согрешения, чтобы Он пришел к нему навстречу, как пришел навстречу блудному сыну, чтобы помог ему увидеть и почувствовать тяжесть грехов своих, дал ему истинное, искреннее, от всего сердца покаяние, плач о грехах своих, чтобы облек Он его одеждою чистоты первозданной, чтобы дал ему на руку перстень в знак возвращенного достоинства, сделал его чадом Своим.

Воистину, мы недостойны этого, и должны бы умолять Господа: "Господи, не достойны мы называться Твоими детьми, сопричисли нас хотя бы к наемникам единонадесятого часа". И вот Святая Церковь словами Самого Господа удостоверяет нас, что если человек осознает свои грехи, если он восплачется пред Господом о своей гибели, если он будет умолять Господа, как мытарь умолял и бил себя в грудь: "Боже, будь милостив мне грешному", - то Отец Небесный никогда не отвергнет его, но придет ему навстречу, обнимет его, оденет его в светлую одежду чистоты, назовет его не наемником, а своим родным сыном, устроит пир, вечный пир в Царствии Своем. Надо быть мертвым духовно, чтобы пройти мимо любви Божией, чтобы не пожалеть самих себя и не сделать малого усилия в покаянии для получения прощения и возвращения любви Отчей, которая всегда готова назвать нас сынами Своими.

Аминь.

Прыг: 05 06 07 08 09 10 11 12 13 14 15
Скок: 10



E-mail подписка:


Клайв Стейплз Льюис
Письма Баламута
Книга показывает духовную жизнь человека, идя от противного, будучи написанной в форме писем старого беса к молодому бесенку-искусителю.

Пр. Валентин Свенцицкий
Диалоги
В книге воспроизводится спор "Духовника", представителя православного священства, и "Неизвестного", интеллигента, не имеющего веры и страдающего от неспособности ее обрести с помощью доводов холодного ума.

Анатолий Гармаев
Пути и ошибки новоначальных
Живым и простым языком автор рассматривает наиболее актуальные проблемы, с которыми сталкивается современный человек на пути к Богу.

Александра Соколова
Повесть о православном воспитании: Две моих свечи. Дочь Иерусалима
В интересной художественной форме автор дает практические ответы на актуальнейшие вопросы современной семейной жизни.