Основа христианского учения находится в жизни, чудесах, притчах и учении Господа Иисуса Христа. Все молитвы, богослужения в течение целого года, праздники, история Церкви, нравоучение, учение о жизни, все, все в христианстве исходит оттуда.

            1.  Я Господь Бог твой,                       (Исход)
                да не будет у тебя других богов,          (20:2,3) 
            2.  Не делай себе идолов и не служи им,       (20:4)
            3.  Не говори имя Господа Бога если не нужно, (20:7)
            4.  Шесть дней работай, 
                а седьмой день отдавай Господу Богу,      (20:8)
            5.  Почитай отца и мать твоих,                (20:12)
            6.  Не убивай                                 (20:13)
            7.  Не прелюбодействуй,                       (20:14)
            8.  Не кради                                  (20:15)
            9.  Не говори неправду про других,            (20:16)
           10.  Не желай ничего чужого; не завидуй.       (20:17)

1.1 Толкование Десяти Заповедей Завета

По учению Иисуса Христа, эти заповеди толкуются широко. Грех не только нарушать их, но грех тоже и любой поступок который ведет к нарушению заповеди. В этом и есть основная разница между Ветхим Заветом и Новым Заветом и людьми которые придерживаются первого или второго. Внизу даны более подробные объяснения:

1. Нужно любить и почитать Господа Бога больше всего на свете и кроме Него никому не воздавать Божеской почести. Нужно любить, почитать и познавать Его и все что связано с Ним: Его Закон (Закон Божий), Православную Церковь, Веру Православную. Нужно молиться и жить по Его учению.
2. Нельзя поклоняться идолам и служить им; ни в прямом ни в косвенном смысле. Нельзя служить страстям как: любостяжание (любовь и стремление к богатству, материализм), чревоугодие (лакомство, объядение, пьянство), гордость и тщеславие (слишком большое мнение о себе, о своем уме, красоте, богатстве). Внушаются следующие добродетели: нелюбостяжание и щедрость; воздержание. пост и смирение.
3. Нельзя говорить имя Господа Бога если этого не нужно, в пустых разговорах, божиться и клясться если этого не нужно.
4. Нужно трудиться шесть дней, а седьмой день посвящать Господу Богу. Нельзя лениться и праздно проводить время.
5. Нужно любить и уважать своих родителей и слушаться их добрых советов. Это тоже относится ко всем старшим, а также к людям которые заменяют родителей: священники, духовные отцы, учители, гражданские начальники. Когда родители состарятся то нужно быть их опорой и заботиться о них.
6. Запрещается убивать других или себя. Нельзя разными поступками или пороками сокращать себе или другим жизнь или портить здоровье. Нельзя необуздывать гнев и оскорблять других. Нужно жить со всеми в мире и согласии. Тоже нужно любить животных.
7. Запрещается нарушение супружеской верности и всякая незаконная и нечистая любовь. Нужно соблюдать чистоту мыслей и желаний. Нужно избегать все что может возбудить нечистые чувства (в себе и в других): бесстыдные анекдоты, картины, фильмы, книги, песни, танцы, одежда.
8. Нельзя красть, обманывать, брать без спроса. Нужно работать честно.
9. Нельзя лгать, клеветать, злословить, намекать ложь, обещать и не исполнять и т. п. Нужно быть честным.
10. Нельзя желать чужое, завидовать, а также думать плохое о других людях. От зависти и плохих мыслей рождаются недобрые желания, а от них злые дела.

2 - Нагорная проповедь. (Матфея 5:1-7:29; Луки 6:12-41).
В Нагорной проповеди Иисус Христос высказал всю суть Его учения. Самое основное это Заповеди блаженства, но кроме них было много других поучений. Нагорная проповедь начинается Заповедями блаженства, а кончается Притчей о благоразумном строителе (Матфея 7:24-27) которая нас учит что именно во время беды ясно видно преимущество жизни по заповедям Закона Божия.

2.1 Заповеди Блаженства. (Матфея 5:3-12; Луки 6:20-23). Десять Заповедей вместе с Заповедями блаженства являются основой Христианского учения о жизни. Десять заповедей описывают заповеди по которым мы должны жить, а Заповеди блаженства учат нас какие душевные расположения мы должны иметь. Заповеди Блаженства не нарушают Десять Заповедей а пополняют их.

Заповеди Блаженства поются на Литургии во время Малого входа. Внизу они даны по церковнославянски, так как они поются:

            1.  Блажени нищии духом,
                Яко тех есть царствие небесное.
            2.  Блажени плачущии,
                Яко тии утешатся.
            3.  Блажени кротцыи,
                Яко тии наследят землю.
            4.  Блажени алчущии и жаждущии правды,
                Яко тии насытятся.
            5.  Блажени милостивии,
                Яко тии помиловани будут.
            6.  Блажени чистии сердцем,
                Яко тии Бога узрят.
            7.  Блажени миротворцы,
                Яко тии сынове Божии нарекутся.
            8.  Блажени изгнани правды ради,
                Яко тех есть царствие небесное.
            9.  Блажени есте, егда поносят вам, и ижденут,
                и рекут всяк зол глагол на вы лжуще, Мене ради.
                радуйтеся и веселитеся,
                Яко мзда ваша многа на небесах.

Христианство нас учит не только жить по заповедям, но и изгонять из себя греховные привычки, то есть постепенно менять себя к лучшему и улучшаться. Заповеди Блаженства показывают нам путь этого исправления. Внизу даны объяснения этих заповедей:

1. Нужно быть нищим духом, то есть спокойными, мирными и скромными, не думать что мы лучше других. Это первый шаг на пути исправления себя.
2. Нужно сожалеть (плакать) о наших грехах и каяться. Это очень важно так как для того чтобы исправиться, нужно видеть и сожалеть о своих грехах.
3. Нужно быть кроткими, незлобными, спокойными и полными христианской любви.
4. Нужно искать правду и жить по Закону Божию. («Алчущие и жаждущие правды» значит «так желают правду, как голодный хочет есть и жаждущий хочет пить»).
5. Нужно быть милосердным (милостивым), то есть сочувствовать людям в горе (разделять их горе) и в беде и помогать им.
6. Нужно иметь чистое сердце. Не иметь нехороших и нечистых мыс лей, желаний и чувств. Нехорошие мысли, желания и чувства нужно от себя отгонять.
7. Нужно быть миротворцами, то есть жить со всеми в мире и согласии и создавать мир, тишину и спокойствие и мирить тех которые ссорятся.
8. Очень часто нехорошие и плохие люди, враги правды и добра, завистники, злобные и всякие другие грешники, не любят людей живущих по Закону Божию (по правде). Нужно не унывать и помнить что Господь все видит и знает и за правду наградит.
9. Тоже как и в 8-й заповеди, если люди страдают за Иисуса Христа то Господь Бог все это видит и знает и за правду наградит.

2.2 О Промысле Божьем. (Матфея 6:25-34; Луки 12:22-31). Иисус Христос учил, что Господь Бог промышляет (заботиться) о всем и о всех и особенно о людях. Он заботиться о нас больше чем сам добрый и самый разумный отец о своих детях. Он оказывает нам помощь во всем что нужно для нашей жизни и что служит для нашей истинной пользы.

Св. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            6:26    Взгляните на птиц небесных:
                    они не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы;
                    и Отец ваш Небесный питает их.
                    Вы не гораздо ли лучше их?
            6:33    Ищите же прежде Царства Божия и правды Его,
                    и это все приложится вам.

2.3 Не осуждайте других. (Матфея 7:1-5; Лука 6:37). Иисус Христос учил не осуждать и не критиковать других, а больше смотреть на свои недостатки.

Св. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            6:1 Не судите, да не судимы будете;
            6:2 Ибо каким судом судите,
                таким судом будете судимы;
                и какою мерою мерите,
                такою и вам будут мерить.
            6:3 И что ты смотришь на сучек
                в глазе брата твоего,
                а бревна в твоем глазе не чувствуешь?
            6:4 Или, как скажешь брату твоему:
                «дай, я выну сучек из глаза твоего»;
                а вот, в твоем глазе бревно?
            6:5 Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза,
                и тогда увидишь, 
                как вынуть сучек из глаза брата твоего.

Св. апостол и евангелист Лука приводит слова Иисуса Христа так:

            6:37 Не судите, и не будете судимы;
                 не осуждайте, и не будете осуждены;
                 прощайте, и прощены будете;

2.4 О прощении ближнего. (Матфея 6:14-15; Марка 11:25-26). Иисус Христос учил прощать и не быть злопамятным.

Св. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            6:14 Ибо, если вы будете прощать людям согрешения их,
                 то простит и вам Отец ваш Небесный.
            6:15 А если не будете прощать людям согрешения их,
                 то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших.

2.5 О любви к ближнему. (Матфея 5:43-48; Луки 6:27-30). Больше всего Иисус Христос учил любить всех и вся. Весь Закон Божий можно назвать законом любви.

Св. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            5:43 Вы слышали, что сказано:
                 «люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего»
            5:44 А Я говорю вам:
                 любите врагов ваших,
                 благословляйте проклинающих вас,
                 благотворите ненавидящим вас
                 и молитесь за обижающих вас и гонящих вас.
            5:46 Ибо, если вы будете любить любящих вас,
                 какая вам награда?
                 Не то же ли делают и мытари? (tax collectors)
            5:47 И если вы приветствуете только братьев ваших,
                 что особенного делаете?
                 Не так же ли поступают и язычники?

2.6 Золотое правило. (Матфея 7:12; Луки 6:31). Знаменитое Золотое правило (golden rule), вкратце выражает суть христианского учения. Это правило значит что не нужно делать другим, то что мы не хотим чтобы они тебе делали нам.

Св. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа - в русском переводе - так:

            7:12 Итак во всем, как хотите,
                 чтобы с вами поступали люди,
                 так поступайте и вы с ними;
                 ибо в этом закон и пророки.

Св. апостол и евангелист Лука приводит слова Иисуса Христа так:

            6:31 И как хотите, чтобы с вами поступали люди,
                 так и вы поступайте с ними.

2.7 О силе молитвы. (Матфея 7:7-11; Марка 11:24; Луки 11:9-13; Иоанна 14:13-14). Иисус Христос учил, если мы будем искренно и с усердием молиться Господу Богу и просить Его помощи, то Он всегда услышит и сделает то что нужно для нашей истинной пользы.

Св. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            7:7  Просите, и дано будет вам;
                 ищите, и найдете;
                 стучите, и отворят вам;
            7:8  Ибо всякий просящий получает,
                 и ищущий находит, и стучащему отворят.
            7:11 Итак, если вы, будучи злы,
                 умеете даяния благие давать детям вашим,
                 тем более Отец ваш Небесный 
                 дает блага просящим у Него.

2.8 Милостыню надо творить тайно. (Матфея 6:1-4). Иисус Христос учил что нужно помогать людям, делать добрые дела и творить милостыню в тайне и не напоказ и не хвастаться перед другими. Господь Бог все видит и вознаградит нас.

Св. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            6:1 Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми
                с тем чтобы они видели вас:
                иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного.
            6:2 Итак, когда творишь милостыню,
                не труби перед собою,
                как делают лицемеры в синагогах и на улицах,
                чтобы прославляли их люди.
                Истинно говорю вам:
                они уже получают награду свою.  
            6:3 У тебя же, когда творишь милостыню,
                пусть левая рука твоя не знает,
                что делает правая.
            6:4 Чтобы милостыня твоя была втайне:
                и Отец твой, видящий тайное,
                воздаст тебе явно.

2.9 О необходимости добрых дел и жизни по Закону Божию. (Матфея 7:21; Луки 6:46). Иисус Христос учил что кроме молитвы нужно еще делать добрые дела и вообще жить по Закону Божию, то есть исполнять Его волю.

Cв. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            7:21 Не всякий говорящий Мне: «Господи! Господи»!
                 войдет в Царство Небесное,
                 но исполняющий волю Отца Моего Небесного.

Cв. апостол и евангелист Лука приводит слова Иисуса Христа так:

            6:46 Что вы зовете Меня: «Господи! Господи»!
                 и не делаете того, что Я говорю?

2.10 Нужно собирать сокровища для Царства небесного. (Матфея 6:19-21). Иисус Христос учил что чтобы бы мы не делали, чем бы мы не занимались самое главное это молиться, делать добрые дела, исправлять свои ошибки, стараться быть лучше и вообще жить по Закону Божию. Таким образом мы будем собирать сокровища для Царства небесного.

Cв. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            6:19 Не собирайте себе сокровищ на земле,
                 где моль и ржа истребляют 
                 и где воры подкопывают и крадут;
            6:20 Но собирайте себе сокровища на небе,
                 где ни моль, ни ржа не истребляет 
                 и где воры не подкопывают и не крадут;
            6:21 Ибо, где сокровище ваше,
                 там будет и сердце ваше.

2.11 Будьте совершены. (Матфея 5:48). Только Господь Бог безгрешен, а все другие грешные: мы, наши родители, друзья, священники. Даже святые тоже грешили. Но не смотря на все это, Господь Иисус Христос призывает нас к святости, так как только в святости есть истинное счастье человека. Он нас учит не только жить по заповедям Закона Божия но и всегда стараться быть лучше, бороться со своими слабостями, постепенно исправлять свои греховные привычки и постепенно совершенствоваться.

Cв. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            5:48 Итак будьте совершенны,
                 Как совершен Отец ваш Небесный.

2.12 Господня молитва («Отче наш»). (Матфея 6:9-13; Луки 11:2-4). Сказав эту молитву, Иисус Христос научил нас как нужно молиться Богу. Эта молитва стала образцом всех христианских молитв. Поэтому эта молитва называется «Господней молитвой» и она самая известная и любимая молитва. С того времени эта молитва повторялась миллионами христиан в течение всей их жизни, в течение почти 2000 лет.

Cв. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            6:9  Отче наш, Иже еси на небесех!
                 да святится имя Твое,
            6:10 да приидет Царствие Твое:
                 да будет воля Твоя,
                 яко на небеси и на земли.
            6:11 Хлеб наш насущный даждь нам днесь:
            6:12 и остави нам долги нашя,
                 якоже и мы оставляем должником нашым:
            6:13 и не введи нас во искушение,
                 но избави нас от лукавого.
                 Яко Твое есть Царство и сила и слава,
                 Отца и Сына и Святаго Духа,
                 ныне и присно и во веки веков.
                 Аминь.

2.13 Берегитесь ложных учителей. (Матфея 7:15-20; Луки 6:43-44). Иисус Христос предупреждал чтобы люди береглись ложных учителей Его Закона. И сказал что их можно узнать по их делам и плодам. У плохих людей, результат их дел, их плод плохой.

В св. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            7:15 Берегитесь лжепророков,
                 которые приходят к вам в овечьей одежде,
                 а внутри суть волки хищные:
            7:16 По плодам их узнаете их.
                 Собирают ли с терновника виноград 
                 или с репейника смоквы?    
            7:17 Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые,
                 а худое дерево приносит и плоды худые:
            7:18 Не может дерево доброе приносить плоды худые,
                 ни дерево худое приносить плоды добрые.
            7:19 Всякое дерево, не приносящее плода доброго,
                 срубают и бросают в огонь.
            7:20 Итак по плодам их узнаете их.

2.14 О благоразумном домостроителе. (Матфея 7:24-27; Луки 6:47-49). В конце Нагорной проповеди (Матфея 5:1-7:29) Иисус Христос сказал притчу которая является как бы заключением этой проповеди.

Один благоразумный человек построил дом на камне, а безрассудный построил дом на песке. В хорошую пагоду оба дома стояли хорошо. Но когда пришла буря и подул сильный ветер, то дом который был построен на песке упал. Другой же дом, который стоял на камне, на твердом основании, выдержал бурю и ветер и не упал.

Эта притча говорит что нужно строить свою жизнь на твердом основании Закона Божия и тогда что бы ни случилось, мы выдержим.

Cв. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            7:24 Итак всякого, кто слушает слова Мои сии и исполняет их,
                 уподоблю мужу благоразумному,
                 который построил дом свой на камне;
            7:25 и пошел дождь, и разлились реки,
                 и подули ветры, и устремились на дом тот,
                 и он не упал, потому что основан был на камне.
            7:26 А всякий, кто слушает сии слова Мои и не исполняет их,
                 уподобится человеку безрассудному,
                 который построил дом свой на песке;
            7:27 и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры,
                 и налегли на дом тот;
                 и он упал, и было падение его великое.

3 - Самая большая заповедь.  (Матфея 22:35-40; Марка 12:28-34; Луки 10:25-28).

Однажды когда Иисус Христос проповедовал, один законник спросил Его, какая же самая большая заповедь. Иисус ответил:

Cв. апостол и евангелист Матфей приводит слова Иисуса Христа так:

            22:37 «возлюби Господа Бога твоего 
                  всем сердцем твоим, 
                  и всею душею твоею, 
                  и всем разумением твоим»:
            22:38 сия есть первая и наибольшая заповедь;
            22:39 Вторая же подобная ей:
                  «возлюби ближняго твоего, как самого себя»;
            22:40 На сих двух заповедях
                  утверждается весь закон и пророки.

Это значит что первая и самая большая заповедь это любить Господа Бога, Его учение (Закон Божий) и исполнять Его волю, и вторая вроде первой, это что нужно любить всех людей и помогать им.

Александр Шмеман.

Протопресвитер Александр Шмеман (1921 - 1983) - клирик Православной церкви в Америке, декан Свято-Владимирской духовной семинарии (Нью-Йорк), выдающийся православный историк и богослов. Автор более 50 книг на тему истории Церкви и литургического богословия.

Не только неверующие, но и верующие — те из них, кто серьезно задумываются над вопросами веры, — часто высказывают следующее сомнение: «Если бы Бог существовал, разве допустил бы Он такое господство зла в мире на протяжении тысячелетий?» Это сомнение высказывается из столетия в столетие, и отмахнуться от него нельзя, потому что повседневный опыт как будто подтверждает его законность: действительно, зло слишком часто торжествует в мире и своим успехом как бы оправдывает себя. «Если бы Бог существовал, Он этого бы не допустил!» — часто говорит человек в отчаянии. Что же на это ответить?

Преимущество неверия

В споре между верой и неверием, который ведется извечно, а не только в наши дни и не между людьми только, но и в каждой душе человеческой, самый трудный вопрос для веры — этот: «Откуда и почему столько зла в мире?» Как часто приходится слышать: «Если бы ваш Бог существовал, разве Он допустил бы все это? Допустил бы это переполняющее мир страдание, личное и коллективное, эти несчастья, болезни, ужас разлуки и смерти, бесконечное торжество несправедливости, ненависти и насилия?»

В романе «Братья Карамазовы» Достоевский сводит все это к знаменитому вопросу о слезинке замученного ребенка. Иван Карамазов утверждает, что такого допустить нельзя, а если Бог допускает и малейшее зло в целях какой-то непонятной «будущей гармонии», то он почтительнейше возвращает Ему «билет». Неверию легче ответить на этот мучительный вопрос, ибо оно не претендует на веру в доброго, любящего, всеблагого Бога и потому не обращается к Нему с вопросом, как же допускает Он нескончаемые мучения сотворенного Им, да еще по Своему образу и подобию, человека. Неверие как бы говорит: «Попробуем это зло и это мучение ослабить, уменьшить. Сделаем, что можем». Но дальше этого неверие не идет, ибо зло в мире так же естественно для него, как плохая погода, наводнения, эпидемии. Защита от дождя — зонтик, от наводнения — заградительные сооружения, от эпидемий — профилактика и медикаменты. Тут нет вопроса о происхождении зла и ответственности за него, а только о той или иной форме борьбы с ним. И потому неверие в этом споре имеет преимущество над верой. Больше того: вера очень часто кажется неверию малодушным бегством от зла и настоящей борьбы с ним.

И действительно, вера выглядит подчас как своего рода нравственный эгоизм, с одной стороны, и как фатализм — с другой. Вот гибнут в катастрофе десятки людей, вот на экране телевизора показывают нам детей, умирающих в Африке от голода. И от этого кошмара массовой гибели, от ужаса в этих детских глазах, от невыносимости всех человеческих страданий многие верующие спасаются благочестивыми отговорками: «Что ж, видно, так угодно Богу», «На все воля Божия», «С Богом не поспоришь». А что, в сущности, они значат? Что Богу угодно, чтобы в страшных мучениях умирали ни в чем не повинные дети? Чтобы корчилось от боли созданное для жизни молодое тело? Чтобы веками, тысячелетиями плакали в безысходном горе матери? И каким лицемерием, какой ложью, каким эгоизмом отдают все слова, которыми мы по привычке утешаем страдающих, до тех пор, пока это страдание не ударило по нам, пока не появилось над нами страшное облако болезни, мучения, смерти!

Нет, не может вера отмахнуться от самого трудного, самого мучительного из всех человеческих вопросов: «Откуда зло? Почему постоянно торжествует оно в мире?» Но чтобы ответить на него, нужно постараться понять, что в подходе к злу религия религии и вера вере рознь. Ибо всегда существовали религии, основной, часто неосознанной целью которых как раз и была помощь человеку в его примирении с мировым злом и страданием, в ослаблении их воздействия на сознание. Как современная медицина помогает болеть и умирать не страдая, так и эти «природные» религии помогали переносить зло и, по возможности, даже не замечать его. И именно эта, общая для всякой «природной» религии черта находит свое выражение в утешительных словах вроде: «На все воля Божия!»

Современный верующий удивится, пожалуй, при напоминании, что христианство, Евангелие и Сам Христос восстают против такой «анестезирующей», фаталистической религии и именно в ней видят страшное извращение истинной веры. Если Платон, например, в некоторых своих диалогах пытается доказать, что смерть — это освобождение души от темницы тела, а истинная мудрость в том, чтобы желать смерти, то христианство словами апостола Павла называет смерть последним врагом (см. 1 Кор 15:26). Сам Христос, пришедший ко гробу Своего друга Лазаря, плачет, видя торжество смерти в мире. И во время земного Своего служения Он ни разу не ссылается на «волю Божию» при виде смерти, страдания и зла. Христос воскрешает сына вдовы, умножает хлебы для голодных, исцеляет больных. Это не религия примирения со злом и страданием, это не фатализм, не утешение пустыми словами. Все Евангелие говорит о противостоянии злу лицом к лицу.

Но оно же учит нас подходить к злу не с доводами разума и достижениями науки, а как к явлению иррациональному, чье происхождение неведомо человеку. В самом деле, Бог, по слову Священного Писания, не сотворил смерти (Прем 1:13), но вот она торжествует в мире; Бог есть любовь, но вот в мире царит ненависть; Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы (1 Ин 1:5), но вот мир исполнен мрака. Поэтому среди основных вопросов, волновавших христианских мыслителей, всегда был вопрос о так называемой теодицее*, — о том, как объяснить это парадоксальное и иррациональное торжество зла в мире.

Корень всех зол

Наша эпоха в особенности отмечена ненасытной жаждой найти наконец средство от зла и страдания. Одни видят это средство в коренной перестройке общества и прежде всего — экономики, от которой зависит удовлетворение основных человеческих потребностей, другие проповедуют всевозможные «духовные» рецепты. Но все эти идеологии сходятся в утверждении, что человечество способно рационально уничтожить зло и добиться счастья, и притом счастья для всех. Поэтому изложение христианского взгляда на зло нужно начать с разоблачения рационалистического подхода, который основан на беспочвенном убеждении, что зло — всего-навсего некий недостаток, для уничтожения которого требуется одно: понять, в чем его сущность.

Зло иррационально. И это не очередная теория, не абстрактный принцип, а то, что известно человеку из его непосредственного, каждодневного опыта. Об этом же свидетельствует и все искусство. Не случайно одной из главных тем поэзии всегда была любовь и связанное с нею страдание. Какими теориями, какими идеологиями объяснить, например, муки неразделенной любви, ужас измены, разлуки, расставания? Как бы рационально ни перестраивали общество, экономику, аппарат власти и т. п., этот неподвластный времени опыт личного страдания все равно остается. Я говорю об этом опыте потому, что на его примере лучше всего видна нищета всех современных теорий будущего счастья.

Допустим, что все наконец будут сыты, что удастся победить нищету и голод; допустим, что в мире, как обещают все идеологи счастья, введены будут равенство, справедливость и максимальное удовлетворение всех житейских нужд; допустим, наконец, что каждый получит возможность свободно избирать род жизни, труда и развлечений. Все это, сколь ни кажется утопическим, в плане рациональном хотя бы допустимо, как допустим, к примеру, прогресс в области медицины и связанное с ним сокращение физических страданий. Но, быть может, именно тогда, когда в разуме и воображении мы уже построили всеобщее счастье, становится очевидно, что зло, подлинное зло, глубже всего этого и корень его иррационален. Недаром библейский рассказ о происхождении зла первое обнаружение его связывает не с недостатками мироустройства, а с раем. Ибо, согласно Книге Бытия, именно в раю, т. е. в полноте радости и блаженства, первочеловек Адам захотел... о, не зла как такового, конечно, а того, что привело к грехопадению, в котором христианская вера всегда видела проявление глубинной сущности зла.

Чего же захотел первочеловек Адам? Упрощая, можно сказать, что захотел он жизни для себя и только с собою; власти, ничем не ограниченной; смысла, им самим созданного. Устами Бога-Творца Библия говорит об этом так: Адам захотел быть как Бог (Быт 2:22).

Жизнь дана была человеку затем, чтобы смысл ее лежал вне его — в любви, самоотдаче, служении и радости от них. Но именно этот смысл человек отверг и продолжает отвергать в теориях и идеологиях, сулящих ему как будто всецелое и окончательное счастье. Ибо все эти теории и идеологии сходятся в том, что счастье есть полное удовлетворение внешних нужд и потребностей человека.

А что если именно тут настоящий, глубинный источник зла? Что если тут, в этом безостановочном самоутверждении человека и человечества настоящая причина того страдания, которым так очевидно переполнена вся наша жизнь? Что если в этом сведении всей жизни к одному стремлению — не страдать — и коренится само страдание? Так подходим мы к той тайне зла, которая, сколько бы ни отвергал ее человек, неизменно присутствует в бытии мира. И именно в раскрытии этой тайны — смысл Евангелия, смысл проповеди Христовой и, главное, смысл того страдания, которое оставлено нам как образ победы, как путь к единственно подлинному счастью.

Страстное желание освободиться

Современный человек почти не знает уже, что такое раскаяние, или покаяние. Не знает, потому что его научили видеть источник всего нехорошего не в себе самом, а вовне — в чем-то безличном; по отношению к чему сам он всегда только жертва. Если плоха жизнь, если вокруг нас столько зла и страдания, то это потому, что общество несправедливо распределяет материальные блага — пищу, одежду, квартиры. Если страдает человек, то это потому, что наука не все еще объяснила и разрешила. Если не чувствует себя счастливым, то потому только, что недостаточно уяснил законы, управляющие миром и жизнью, и надо всего-навсего вдолбить ему эти законы, перевоспитать так, чтобы сознание его стало «научным», всецело подчиненным теории, которая раз навсегда объяснила, в чем зло и как его уничтожить. Поэтому в нашей цивилизации не осталось места для глубокого вздоха, с которого в христианском опыте жизни начинается все то, о чем и сам призыв Христов: Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное (Мф 4:17). Без этого вздоха, без этого пробуждения совести невозможно объяснить себе тайну зла, невозможно и начать борьбу с ним. Тут кончаются все теории, все философии, все рассуждения; тут начинается то, что одно только способно новым светом осветить жизнь и дает силы не только заново осмыслить ее, но и по-новому жить.

Откуда же и о чем этот вздох? Конечно, все разговоры и рассуждения о нем бессмысленны, если не признать как самоочевидность наличие в человеке той внутренней глубины, того таинственного духовного органа, что издревле зовется совестью. «Жить по совести», «совесть не велит», «совесть замучила», «очистить совесть» — так почти невольно всегда говорил человек, так и сейчас говорит он, сколько бы ни внушали ему, что зло «объективно» и познание, как и уничтожение его, — задача «объективной» науки. Далеко не всякий человек даст «научное» определение совести, но нет человека, который не ощутил в себе хоть раз в жизни, хоть на минуту, на секунду некий голос, который невозможно заглушить и который звучит как голос последней правды, последнего беспощадного в беспристрастности своей суда. Нет, это не просто «голос разума», которым мы так часто оправдываем в своих гладких рассуждениях любое зло, не просто «голос морали» — морали, которую, как нам все время разъясняют, можно вывести из чего угодно: из «классовой борьбы», «интересов нации» и т. п. Ибо в том-то и уникальность совести, несводимость ее ни к чему другому, что она одновременно и нечто самое глубокое во мне, как бы я сам на последней своей глубине, и то, что обращено ко мне как голос, призыв, увещание, словно бы кто-то другой во мне судил, звал, оценивал, просвещал меня.

Ясно одно: совесть есть, и это не «выдумка», не «надстройка», не «субъективное переживание». И в последнем счете, сознательно или бессознательно, только совестью, и ею одной, по-настоящему оцениваем мы себя и других, хотя и заглушаем ее всевозможными самооправданиями вроде «с волками жить — по-волчьи выть» или примитивными, ничего не объясняющими теориями, убегаем от нее в пьянство, буйные увеселения и разврат. Такое бегство, однако, бесполезно: совесть есть. И вот внезапно приходит от нее этот глубочайший вздох, это пронизывающее, как молния, сознание нашей глубочайшей вины, неправды, внутреннего уродства, но одновременно — страстное желание освободиться от этого бремени, очиститься, возродиться. Отсюда и начинается раскаяние. Оно делает самоочевидным для нас то, что к разгадке тайны и сущности зла приводит не разум, не мораль, не идеология, а только совесть — таинственный свет, который горит в душе и никогда не угашается до конца всей тьмой, всем безобразием падшей жизни. Совесть — это загадочный голос, про который неизвестно, откуда он приходит и как становится слышен, но вот он говорит — и мы слушаем, обличает — и мы соглашаемся. Это голос, который дает нам силу оценивать себя изнутри и вверяться этой оценке.

Итак, именно с совести и потому — с раскаяния начинается приближение наше к той тайне зла, о которой мы все время говорим.

Сильнее всех палачей мира

Христос учил учеников Своих, что Ему подобает быть преданным и пострадать и умереть — вот лейтмотив Евангелия. Христианство часто определяли как религию Креста и страдания, и даже ставили это ему в упрек. Все обвинительные акты против христианства говорят о его «призыве к пассивности», о его «добровольном подчинении злу», о его надежде на «загробное» лишь торжество добра. «Христиане, — неизменно утверждают его обвинители, — всегда терпели зло, несправедливость, несовершенство, всегда возражали против всех попыток улучшения этого мира». Так ли это?

Действительно, почему эта никогда не умирающая память о Кресте и Распятом на нем составляет самую сердцевину христианской веры? Что совершилось, что произошло тогда, что было здесь единственным и неповторимым? Ведь страдания и мучения испытывали всегда и всюду миллионы людей. Ведь не для того же Крест стал нашим символом и нашей верой, чтобы мы сказали людям: «Братья, так было и так будет всегда. Терпите, берите пример с Христа, помните, что Он Сам сказал: В мире будете иметь скорбь».

А ведь именно такое истолкование Креста Христова зачастую дают сами христиане. И вот это-то истолкование позволяет врагам христианства утверждать, будто христианство есть религия примирения со злом и потому человеку в этом мире помочь не может ничем. Но почему же тогда Крест всегда был и остается источником силы и радости, источником мужества для всех христиан? Почему помнят они не только начальные слова Христа: В мире будете иметь скорбь, но и продолжение их: Но мужайтесь: Я победил мир? (Ин 16:33). Почему каждую неделю вечером под воскресенье звучат во всех церквах все те же ликующие слова: «Се бо прииде Крестом радость всему миру»? Мне думается, что понять все это можно, лишь поглубже вдумавшись в связь Креста, распятия, страдания со злом.

На первый взгляд, последние главы Евангелия звучат как трагическое утверждение всесилия зла. Вот предает Учителя ближайший ученик — кому же верить тогда и на что надеяться? Вот тысячи людей, которым Христос только помогал, которых только утешал, на которых была направлена вся Его любовь, — эти люди кричат: Распни, распни Его! (Лк 23:21). Но что же тогда человек, если не стадное существо, которое можно в мгновение ока превратить в послушную толпу, выкрикивающую все, что прикажут? Вот Пилат говорит: Я не нахожу в Человеке этом никакой вины (Ин 18:38) — и, сказав это, умывает руки и предает Его на глумление и мучительную, позорную смерть. Вот разбегаются в страхе ученики; вот Учителю их, умирающему в страшных страданиях от жажды, дают пить уксус; вот издеваются над Ним, изнемогающим, ученые люди: Других спасал, спаси Себя; говорил, что Ты Сын Божий — сойди с креста, и мы поверим в Тебя! (Мф 27:42).

И вот вспоминаешь все это в который раз и думаешь: да, это торжество зла в чистом виде. Тут разбиты навсегда все иллюзии о человечестве, тут не остается ничего, кроме страшного предсмертного вопля: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? (Мф 27:46). Но вот, думая об этом, начинаешь вдруг понимать другой, глубочайший смысл этого страдания, этого вопля, этой смерти. Ведь в том-то, быть может, и открывается главная сила Креста, что он являет зло в чистом виде, показывает его именно как зло. Ибо зло всегда прячется за громкие и красивые слова. Пряталось оно и тогда: важно восседал на седалище своем Пилат и думал, что творит суд, но мы теперь навеки знаем, что он сдался страху, что суд его — зло. Послушались начальства римские солдаты, которым было приказано распять Иисуса, и это послушание их раскрывается перед нами как зло. Час за часом не остается ничего от человеческих оправданий и «смягчающих обстоятельств». Все подчинились злу, все приняли его, но узнать зло как зло, сорвать с него маску добра, обнажить в чистом виде — это ведь и значит обличить зло. И тогда всякого предателя мы называем иудой, всякого неправедного судию — пилатом.

Час за часом, в молчании, кровавых мучениях и одиночестве торжествует Христос, а не эти жалкие слуги зла — Иуда и воины, Пилат и толпа рабов, кричащих: «Распни!» Над всеми и над всем возвышается Он. Внешне победили они, но что же это за победа — затравить, убить, навсегда сделав затравленного и убитого Учителем, Господом и Вождем! Тогда был осужден Он, но осужденными на века оказались они; тогда умер Он, но эта смерть стала началом новой веры, новой любви, новой надежды. Итак, Крест — это развенчание зла, первая и решающая победа над ним. Невинное страдание навсегда оказывается сильнее всех палачей мира, молчание навсегда становится громче всех воплей и, главное, самое главное — любовь навсегда торжествует над ненавистью. Это ли не победа, это ли не торжество? И смотрите: только умер Христос, только, казалось бы, восторжествовало зло, как из самой глубины этой страшной ночи выходит римский сотник — палач, распинатель, послушный раб зла — и говорит: Воистину Он был Сын Божий (Мф 27:54). И вот он уже свободен. Начинается медленный рассвет, которого ничто уже не остановит: «Се бо прииде Крестом радость всему миру».

И здесь наш ответ обвинительному акту против христианства. Не к терпению зла, не к примирению и компромиссу с ним призывает Крест. Напротив, он-то и есть то начало обличения, одоления и разрушения зла, о котором говорит все Евангелие, все христианство.

Сострадание Христу

Достаточно оказаться свидетелем даже одного невинного страдания, чтобы все существующие объяснения зла, а их много, показались плоскими и неубедительными. Зло, торжество зла остается и для верующего страшной, необъяснимой тайной. И в этой тайне вера видит только два ответа, вернее, не ответа даже, а два опорных пункта, две очевидности. Одна — это связь зла с тайной свободы, другая — образ страдающего Христа, т. е. основополагающий для христианской веры опыт Креста с пригвожденным на нем Человеком, о Ком мы говорим, что Он Бог, в Которого мы веруем.

Распятие. Графика Елены Черкасовой

Остановимся кратко на каждой из этих очевидностей и попробуем, как это ни трудно, их объяснить. Итак, тайна свободы. Как ни странно, но те же люди, которые отрицают Бога, допускающего в мире столько зла, осуждают религию за то, что она якобы порабощает человека, лишает его свободы. Восстание против религии, борьба с ней ведутся обычно во имя свободы. Но что же такое свобода, как не возможность выбора, и, значит, выбора как раз между добром и злом? Если человек не может выбрать зло, он не свободен. Если он свободен не призрачно, а по-настоящему, он может выбрать зло. Так вот, христианство всегда утверждало и утверждает, что Бог сотворил человека абсолютно свободным. И именно эта свобода есть главный источник столь часто торжествующего в мире зла. В библейском рассказе о сотворении человека Адам выбирает зло, потому что он свободен. Но зло порождает зло, делается само источником зла. Иными словами, если Бог, как говорят, допускает зло, не препятствует ему, оказывается как бы бессильным перед ним, то это потому, что Он, создав свободное существо — человека, раз навсегда ограничил Свое всемогущество. Если бы человек не был свободным, он не мог бы свободно выбрать то добро, ту красоту, то совершенство, к которым свободно призывает его Бог, не мог бы быть другом Божиим. Но, будучи свободным, он может так же свободно выбирать зло и быть целиком за этот выбор ответственным. Такова первая очевидность, первое объяснение христианством тайны зла.

Но объяснение это было бы не только неполным, но и ложным, не будь оно укоренено во второй очевидности, а именно — в образе и опыте страдающего Христа. Почему именно Крест, именно крестные страдания Христа составляют сердцевину христианской веры? Потому, конечно, что тут ответ Самого Бога на торжество зла и одновременно начало, источник победы над злом. Упрощая до крайности, это можно выразить так: если Бог раз навсегда ограничил Себя свободой человека и потому не может разрушить зло извне, ибо это значило бы отнять у человека его свободу, то у Бога, любящего человека и желающего спасти его от зла, нет другого пути, как взять на Себя страдания человека, принять на Себя все зло мира и изнутри разрушить его Своей любовью. Вот последняя тайна христианства: Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни, Он был наказан за наши грехи, и ранами Его мы исцелены (Иc 53:4–6). Весь добро, весь любовь, весь беззащитность, Христос свободно отдает Себя власти зла, ненависти и злобы. На этом одном Человеке, про которого предающий Его Пилат говорит: Я не вижу в Нем никакой вины (Лк 23:4), сосредоточивается все зло мира, вся его ненависть. И в том весь смысл страданий Христовых, что ни разу, нигде, никогда не отвечает Он на зло злом, на насилие насилием, на ненависть ненавистью: Отче! прости им, ибо не знают, что делают (Лк 23:34).

И вот в этом мире, полном страдания, злобы и ненависти, живет неистребимо образ Распятого, и наша вера знает, что Он участвует в каждом страдании, состраждет всякому страждущему, стоит у каждого мучения. Зло видимо торжествует. Но тем, кто спрашивают меня: «Как же молчит, как допускает все это ваш Бог?», я могу указать на Крест, на Распятого на нем Бога и на слова Евангелия о том, как в ночь перед Своей смертью Христос начал скорбеть и тосковать (см. Мф 26:37).

Нет, не остался Бог безучастным к нашему страданию, но вошел в него и принял его. И потому так часто именно страждущие находят Бога, встречают Христа и верят в Него. И, найдя, не спрашивают, где же Бог, ибо знают: Бог рядом, во мне, дающий мне силу нести крест, а значит, само страдание и даже зло претворять в победу добра. Не странно ли: всецело благополучные, всем обладающие слишком часто не чувствуют Бога. Но достаточно человеку прикоснуться к страданию, освободиться от призрачного земного счастья, как начинается его встреча с Богом, ибо Христос, взяв на Себя все человеческое страдание, претворил его в путь к Богу, в полную победу над злом.

Автор отвечает неверующим на критику христианства о смирении и рабском подчинении любой власти. Он объясняет, что христианство - религия не слабая, а благородная и мужественная и что она объясняет смысл жизни человека. Далее автор объясняет основные постулаты: стремление к совершенству, любовь ко всем людям, служение человека высшим ценностям, уважение каждого человека и справедливость.

До сих пор огромная часть нашего народа считает себя неверующими. Некоторые даже подвергают критике христианство за "рабскость". Однако очень часто эта критика происходит от простого незнания. Ведь в СССР ни в школе, ни в вузах этому не учили: атеисты кололи штыками то чучело "христианства", которое сами же и изготовили для этих целей - чтобы оно выглядело как можно примитивнее.

В доказательство "рабскости" христианства его всегда сводят к тезису: "подставь врагу другую щеку". Но ведь речь идёт лишь о своей "щеке" - это значит: прости своего личного врага, не мсти ему и не умножай зло; однако ни в коем случае не подставляй врагу "щеку" ближнего - его защити даже ценою своей жизни! А он так же защитит тебя.

Христианское смирение - это смирение не перед злом, а перед Богом. Выражение "раб Божий" означает и признание Божьего всемогущества, и готовность отстаивать Его замысел о мире - и здесь "раб" должен превращаться даже в мужественного "воина" в битве против сил зла. Наш святой, Феодосий Печерский, в этой связи говорил: "Живите мирно не только с друзьями, но и с врагами, но только со своими врагами, а не с врагами Божьими".

Ложно и утверждение, будто христианство повелевает "рабски" подчиняться любой власти, ибо "нет власти не от Бога". Ведь апостолы говорили о самом принципе в противоположность анархии и имели ввиду такую власть, которая сама служит Богу: когда "начальник есть Божий слуга, тебе на добро"; такие "начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых" (Рим. 13:1-6). Об отношении же христиан к недостойной власти можно судить по словам Христа об Ироде или святых отцов - о Юлиане Отступнике. А наш преп. Иосиф Волоцкий (один из наиболее правых "идеологов" царской власти) прямо утверждал, что неправедный царь - "не Божий слуга, но дьявол", и ему следует противиться даже под угрозой смерти. Св. митрополит Филипп, смело обличивший Ивана Грозного, - тому наглядный пример.

Таким образом, христианство - религия вовсе не слабая, а благородная и мужественная. Достаточно взглянуть на русскую историю, чтобы увидеть, какова была наша "христианская слабость": объединили в одно государство шестую часть суши. Причём, не столько силой, сколько добром, неся более высокую мораль, но не посягая на самобытность народов, в чьи земли вступали, - без этого их, пожалуй, было бы невозможно удержать… (В этом огромное отличие Российской империи от колониальных, западноевропейских).

Главное же: христианство "лучше" язычества не потому, что создало такую империю, и не потому, что мы к нему за тысячу лет привыкли, а потому, что только христианство объясняет смысл жизни человека и смысл истории, универсально объемля и разрешая все сложнейшие противоречия земного мира: между личностью и обществом, свободой и государственным принуждением, смертностью человека и абсолютным смыслом его жизни; между миром, который "во зле лежит", и необходимостью делания добра в этом мире.

Этими особенностями христианства (точнее, истинного христианства - Православия) разрешаются и все другие антиномии, неразрешимые в прочих идеологиях - ибо для решения необходимо осознать человека, общество и мир как духовное целое. Западное же разделение мира на автономные, независимые друг от друга сферы (религия, наука, искусство, власть с её тремя независимыми ветвями) - лишь пытается решать эти проблемы формально-юридически, равнодушием к духовной основе и цели жизни.